Рассказы попутчика

В слабом свете, проникавшем через дверной проём и небольшое окошко, видны были две широкие лавки вдоль стен и узкий стол между ними. Не успев ничего толком рассмотреть, он лёг на одну из лавок и забылся в глубоком сне.

Проснулся от яркого света, льющегося из окна. Открывать глаза не хотелось. Лежал, перебирая события последних дней, и боялся шевельнуться, чтобы случившееся не исчезло, как видение. Когда воспоминания добрались до тушёнки и рот переполнился слюной, послышался скрип открываемой двери. Илья вскочил, готовый ответить за вторжение в чужой дом, но услышал:

– Тихо, паря, сядь и сиди спокойно.

В домик с ружьём-двустволкой в руках и рюкзаком за спиной по-хозяйски уверенно вошла молодая женщина. Не выпуская ружья из рук, она сняла рюкзак, поставила в угол у двери и села на противоположную от Ильи лавку.

Женщина была одета так, словно не была знакома с современной модой. Из-под длинной, похоже, домотканой, серой юбки выглядывали почти мужские ботинки. Головной платок закрывал не только волосы, но и лоб.

– Не спрашиваю, кто ты и откуда, но, похоже, ты тот, кого объявили в розыск. И ты не охотник, а то заметил бы, что я несколько дней хожу рядом с тобой, проверяя наши капканы, поставленные на лис и барсуков. Увидев, что совсем плох, решила подкормить. Тушёнку-то, поди, доел?

Илья хотел поблагодарить хозяйку, но только шевельнулся, как увидел направленные на него черные кружочки стволов.

– О том, что ты в наших краях, никто не знает, кроме меня. Оставлю немного продуктов. Соль, спички, крупы найдёшь на полках. Можешь пока оставаться здесь. Если хочешь, иди дальше, коли знаешь, куда.

Она достала из рюкзака и положила на стол пару банок тушёнки, несколько варёных картофелин и буханку хлеба.

– Если кто придёт, скажешь, что привела тебя Дарья Кутяева. А пока с Богом!

Дарья внимательно, будто изучая, посмотрела на него яркими серо-зелёными глазами, подарила улыбку с симпатичными ямочками на щеках, надела рюкзак на плечи, ружьё закинула за спину и быстро вышла.

Илья стал привыкать к жизни под крышей. Его временное пристанище вполне годилось для жизни. В левом углу стояла небольшая металлическая печь, которая могла служить и плитой. В правом, «красном», углу висела икона. На уголковой полочке под ней стояла лампадка, наполненная маслом.