Сплетение песен и чувств

– Ну, ну, я заметил, как тихо – возразил Артём и кивнул на Жанну, неторопливо крутившую ручки на оборудовании и вытиравшую руки большой белой тряпкой.

– Эй, Жанка, ты, что ли, нашего парня напугала? – Василич стал серьезнее. – Смотри у меня! У нас один парень во всей смене. А то сама будешь телеги катать и коробки грузить. Парню семнадцать лет, а ты уже пристаешь. Как не стыдно тебе, а?

Жанна повесила тряпку на батарею, поправила свою панаму и показала Василичу средний палец левой руки.

– Так и знал, что твоего интеллекта хватит только на это, – вздохнул Василич.

 – Да пойми же, парню семнадцать, мы не то, что работать в ночь – трудиться полную смену заставить его не можем. Малолетка он, понимаешь?

– Я попрошу не обижать… – Артём обиделся.

– А я и не обижаю, – загоготал Василич. – Я просто констатирую факты. Тебе семнадцать, ты просился работать, тебе нужны деньги, мы пошли тебе навстречу, все равно народу у нас не хватает. Так что, Артём, тут давай уже без обид.

– Ладно, убедили – еле слышно ответил Артём, теребя в руках кусок картона.

Он соглашался на что угодно, лишь бы заработать денег. За первый месяц работы он получил довольно солидную сумму. Новые шорты, джинсы, футболка, наушники к плееру взамен окончательно сломавшихся – все это было заработано в буквальном смысле потом и кровью: поначалу Артём больно резал руки о кромки картонных коробок. Основную часть заработанного он, конечно, отложил. Осенью нужно было купить куртку. Да и Алина – хотелось сходить в кино. К тому же идею о том, чтобы жить вместе, Артём не отметал.

Ему лишь казалось, что нельзя торопить события, как бы этого не хотелось. Все должно идти своим чередом.

– Детский сад, – Жанна, как бригадир, часто повторяла это. – Только такие матерые и прожженные жизнью анаконды, как я, могут навести здесь какой-то порядок.

Василич, несмотря на статус начальника, побаивался Жанны. Она всегда была спокойна, но могла сказать такое, что не укладывалось ни в какие рамки. Спорить с ней было совершенно бесполезно, как и возражать или призывать к порядку.

– Ты помолчала бы – решился произнести Василич. Приходилось кричать: оборудование шумело нестерпимо, Артём довольно долго привыкал к полному отсутствию тишины в цеху.

Жанна притихла и принялась перекладывать контейнеры и крышки к ним поближе к Артёму. А Артём снова замечтался и даже не заметил, как Василич ушел, Жанна засуетилась у оборудования, а через какое-то время мороженое из раструба перестало идти в контейнер.