Гобелен княгини Воротынской. Часть первая

Дальше на долгие вёрсты простирались луга с перелесками. Дорога напрямки заняла бы не более шести часов, но местность болотистая, реки хоть и не широкие, но для переправы надо знать броды.

Гурко броды знал. И, тем не менее, понимал, что ночь придётся провести в дороге. Ехал он неторопливо, жалел коня потому, как за двести с лишним вёрст устали оба.

Безлюдные просторы его не страшили, напротив, было время поразмыслить над тем, что произошло с ним в Москве. А произошло вот что.

Иван Васильевич принял его в новых каменных палатах, которые совсем недавно построили для него итальянские архитекторы. Вот только Великий князь не пожелал в них жить, считая, что для будничной жизни привычнее старые деревянные хоромы. Поэтому приходил сюда каждый день как на службу: встречался с иностранными послами, советовался с боярами, диктовал указы дьякам, а также принимал лиц для особых поручений. Одним из таких как раз и был сегодня Андрей Гурко.

– Здравствуй, Андрей! – приветствовал его Иван Васильевич, дождавшись, когда тот поднимет голову из почтительного поклона. – Давно не виделись с тобой. Лет пять, пожалуй?

– Верно, – подтвердил Гурко.

– М-да. Как же время-то летит… Помним тебя ещё отроком, когда на осаду Великого Новгорода шли. Но ты уже тогда знатно отличился в бою. И приятель твой Богдан Калина. Горячие были дела. Помнишь?

– Как не помнить.

Великий князь крякнул в кулак:

– Ну, да ладно.

Позвали мы тебя не для старых воспоминаний. А вот для чего… Обеспокоены мы нынче верховскими княжествами. Что-то там неладное творится!

И бросил в Гурко пытливый взгляд. Тот промолчал, сделал вид, будто не понимает, о чём собирается поведать ему Великий князь.

– То и дело жалуется мне король Казимир, будто наши служилые дворяне на литовцев нападают – мол, бьют людей, да земли себе берут! – продолжал Иван Васильевич.

 – А то, напротив, наши жалуются, будто литовцы бесчинствуют! А иные из тех, кто Литовскому королю ранее присягал, вдруг просятся перейти к нам на службу; сетуют, что, мол, притесняют их там за веру православную!!

Андрей продолжал слушать его с почтительным вниманием.

– Пора бы уже разобраться с этими безобразиями!! Да некогда нам! – досадливо сообщил Иван Васильевич. – Нынче поважнее дела есть.