Эмигрантка… Рассказ

Она попала в Париж в 1924 году, много работала, успела сменить несколько мест, которыми, впрочем, всегда дорожила, и два месяца назад лишилась последнего места, потому что нахлынувшая на Францию волна русской эмиграции, равно как и другие подобные потрясения, внесли в ее некогда размеренную жизнь свои неприятные коррективы. С родными Лиза разминулась еще в девятнадцатом после отъезда из Новочеркасска. Родители и младшая сестра решили уезжать из Новороссийска, а Лиза, будучи в ту пору сестрой милосердия в Добровольческой армии, дошла с нею до Крыма, откуда в двадцатом попала в Галиполи, затем в Болгарию, и уже оттуда – во Францию, оказавшись в итоге волею судьбы в Париже.

Она искала своих родных повсюду: и в лагере беженцев на турецком берегу, и в Европе, но попытки не увенчались успехом, и по сей день Лиза ничего о своей семье не знала. Она писала запросы, узнавала через знакомых, но в ответ получала растерянные улыбки, разведенные руки и тишину, которая месяц от месяца становилась все невыносимей.

Поначалу, оказавшись в Париже, Лиза успокоилась и даже была рада, ибо надеялась неплохо здесь устроиться, однако, этот изящный город, без колебаний принявший изгнанницу в свои холодные объятия, ныне обрекал ее на полунищенское существование. Лиза ненавидела Париж всеми силами своей обездоленной русской души и несколько раз порывалась уехать, но всегда отказывалась от своего порыва, боясь не прижиться на новом месте.

Лиза была безмерно благодарна своей подруге Машеньке Растопшиной, которой повезло устроиться горничной в богатый дом, где помимо жалованья она имела кров и пропитание.

Машенька старалась устроить к себе и Лизу, но хозяева наотрез отказали, заявив, что им в дом больше никого не нужно. Машеньке удалось разыскать их общих знакомых, согласившихся оказывать Лизе посильную финансовую помощь. Лиза отказывалась брать деньги, но Машенька обижалась и настаивала, и Лизе приходилось брать, успокаивая саму себя тем, что она обязательно все вернет, как только найдет работу.

Маша тоже не любила Париж, но возвращаться в Россию боялась и убеждала колеблющуюся Лизу следующими словами:

– Ты ведь понимаешь, что у тебя там совершенно нет будущего.

Лиза понимала, но предпринимала слабые попытки разубедить и себя, и Машу. Ей очень хотелось верить, что все переменится и что когда-нибудь она сможет вернуться домой. Поэтому Лиза, как и многие другие эмигранты, держала наготове чемодан и не стремилась иметь французское гражданство.