Сероглазый Чингисхан Белой Гвардии. Том 2. На службе у Его Императорского Величества (1905—1908)

Ренненкампф, дальний родственник барона Унгерна

Примечательно, что, несмотря на свое знатное дворянское происхождение, молодой аристократ начал строевую военную службу с самых азов, что, с одной стороны, стало суровым, тягостным испытанием для независимого, вольнолюбивого барона, однако, именно этот значительный жизненный опыт позднее окажется для Роберта Унгерна в высшей степени бесценным, когда произойдет стремительное крушение некогда славной Российской Империи, и в прошлом элитарные, привилегированные классы будут сметены презренной, невежественной чернью.

На момент грядущей политической катастрофы 1917 года барон Унгерн будет уже достаточно закалён и готов к наихудшему развитию драматических событий в отличии от многих других, ранее избалованных, представителей знати, которые наделялись офицерскими чинами, исключительно благодаря своему высокому дворянскому происхождению, вследствие чего не имели возможности пройти суровую боевую закалку, способную спасти их в окаянном, безжалостном будущем.

Все основные суровые вехи необычайно тернистой воинской службы позднее сделали Роберта Унгерна стоически несокрушимым…

Стоит отметить, что знаменитый внук Александра II Освободителя, блистательный князь-мученик Владимир Павлович Палей, дал совершенно нелестную характеристику одиозно-возмутительной атмосфере, царящей в офицерских полках того времени:

Князь В. Палей (в центре) с сокурсником и преподавателем Пажеского корпуса

«Иллюзий никаких у меня остаться не могло.

Умных интересует их собственная карьера, то тщательное прокладывание пути, о котором они неустанно думают, интересует та узкая, но заманчивая точка горизонта, к которой они лично стремятся. Это-жизнь.

У хитрых же интересы с вариантами в мелочах.

У глупых в уме-бега, Московские дерби, разгул, вульгарный bluff, от которого разит непереваренной сутью снобизма; женщины,.. деньги, то, что уже было так хорошо названо: Vanity Fair- ярмарка тщеславия.

Это – тоже жизнь, яркая, многоцветная и многогранная, как алмаз, но алмаз поддельный, лишенный незримый цены – духовной жизни.

Это – суета сует, дурман, дарящий счастье, пока не истощатся твои соки.

Это-круговорот, который тебя выбросит, как ненужную шелуху, в тот день тоски, а, может быть, и раскаяния, когда ты не захочешь поддерживать внешний свой престиж над раболепной толпой.»

Князь В.