Омичка навсегда. Лирика и мистика

Но ночь не вечна, уплывет луна,

Останется надежда на спасенье,

Вступает в силу новая весна,

И новые нам дарит откровенья.

И все яснее вижу я портрет,

И древние поверья вспоминаю.

Ко мне опять приходит юный дед,

И Первая грохочет Мировая.

Их всех забудут после, зачеркнут

Их подвиги и жуткие потери,

Они так рано навсегда уйдут,

Хотя увидеть внуков так хотели,

Но сыновья росли тогда без них,

И вдовы с комиссарами остались.

Портреты среди хлама, старых книг

В той бойне озверелой затерялись.

И только мы не смеем их забыть.

Пытаемся увидеть и вглядеться.

И нас ведет в том лабиринте нить,

Я вырываю из забвенья деда.

Он смотрит так, как будто бы узнал,

Хотя давно я старше и смелее,

И знаю тот трагический финал,

Но рассказать ему едва ль посмею.

Героем станет сын, жена уйдет

К пьянчуге комиссару на рассвете,

Но музыка пьянящая поет,

Ласкает душу этот теплый ветер,

И мир преобразился до поры,

И мы уходим в свет его и тени,

И соблюдая правила игры,

Расстаться мы не можем больше с теми,

Кто щедро нам дарил и свет и жизнь,

Она была печальна и прекрасна,

И понимая сны и миражи

Спешу туда, и знаю не напрасно.

Соединится род в усадьбе вновь,

И ржут в ночном стреноженные кони,

И в лунном свете дед ко мне идет,

Он отозвался, он узнал, он понял.

Десантники уходят в небеса

Светлой памяти моего любимого ветерана

Ковальчука Константина Николаевич.

Десантники уходят в небеса,

Их маршалы сегодня провожают.

Но пусть еще побудут полчаса

За праздничным столом и пусть подарят

Нам эту силу духа в дивный час,

Когда опять отметим все Победу,

Десантники останутся средь нас.

На этот раз мы провожаем деда.

То снег, то солнце дарит нам весна,

И все расстаться силы не хватает,

И там ему приснится вдруг война,

В тылу врага товарищ умирает.

Мы слышим их рассказы в этот час,

И мертвые с живыми остаются.

А он все время с нами и за нас,

Сражается, и в праздничном салюте

Есть торжество печали и мираж,

Мы с ним с войны все время возвращались,

И Карлов мост не взорван, на шантаж

Фашистов снова смело отвечают.

И Будапешт опять замрет в цвету,

Дед старый замок снова вспоминает,

И девушку далекую, и ту,

веселую, она не оставляет.

И снова эта дивная весна,

46 —ой, бескрайняя Россия,

И ты домой вернулся, старшина.

И встретили на станции родные.