Не Зверь

Девушке нравилось, что лианд творил с её телом, но она и ненавидела его за это. Ненавидела, что до безумия сама желала его нескромных ласк.

Кириния прикрыв от наслаждения веки, погрузила свои руки в тёмные волосы мужчины, неосознанно удерживая его на месте. Но мегилл и не собирался останавливаться, наоборот, привлек к себе девушку за ягодицы и стал ласкать усерднее, вырывая новые стоны.

Когда Кира достигла вершины, Хандер был уже в ней, двигался резко, проникая глубоко. Кириния водила ладошками по мощному торсу, чуть царапая ногтями, и от сих действий лианд вскоре излился в нее с криком.

– Ты была… прекра–асна, – протянул, когда дыхание более–менее нормализовалось. Он гладил лежащую на боку пленницу по оголенному бедру, переходил на холмики груди и возвращался обратно.

– Ненавижу… – тихо шептала Кириния. Только вот, кого она имела ввиду: себя или лианда?

– Знаю.

– Я хочу помыться.

– Что ж, иди вон за ту дверь, – Хандер рукой указывал направление, – там купальни, и там всегда вода тёплая.

Кириния враз вскочила, обернувшись простыней, путаясь в ней, зашагала в нужную сторону. Но у двери замерла, не в силах попросить об одолжении.

– Не бойся. Я не нарушу твой покой.

Хандер всё понял сам, и девушка тут же скрылась в купальнях. Там Кира усердно отмывалась, до красноты натирая свою кожу. Но прикосновения мегилла жгли, словно клеймо, и забываться не желали.

– В кого я превратилась…? – прошептала грустно, отперевшись ладонями о бортик каменного бассейна, тот был не очень глубок, вода прикрывала лишь бедра, и несмотря на тёплый источник кожа девушки покрылась мурашками.

Но Кириния не замечала холода, её мучил вопрос: чем именно она приглянулась мегиллу? Что в ней такого особенного, что даже получив тело, он не захотел отпустить её. А как хорошо жилось в маленькой деревушке на окраине долины… надо было слушаться отца, вышла бы замуж и ничего этого бы не произошло.

Отца…

Кира старалась редко вспоминать о семье, точнее приёмной семье.

– Замёрзла?

Раздалось над ухом, и тёплое обнажённое тело лианда прижалось сзади, девичьи ладони накрыли руки мегилла. Он притиснул Киру ближе к бортику и зарылся носом во влажные рыжие волосы.

– Т–ты… ты же сказал, что не побеспокоишь! – дрожа, точно лист на ветру, промолвила Кириния.