Не Зверь

Мельник пытался докричаться до своей дочери, отчаянно звал, но подойти ближе не мог, точно к месту прикованный. Вой тварей приближался, они были видны на горизонте, замерли сворой на холмах, а потом сорвались вниз, неустанно звенели колокола, предупреждая жителей об опасности.

– Ты можешь многих спасти, – подначивал Хандер. Он чувствовал страх выбранной добычи, но не за себя, и мегиллу осталось лишь подтолкнуть. – Отдайся мне, крошка, и я убью тварей.

И Кириния решилась. Пусть она сирота, но названные родители вырастили её, и все в деревне не чаяли в ней души, она отплатит им всем, ведь у многих ещё есть маленькие детки, которым ещё жить и жить.

– Я… – Кириния смело взглянула на мегилла и сама сделала шаг навстречу. – Я согласна, но у меня есть условие.

Когда крылатый вдруг резко привлек здоровой рукой девушку к себе за талию, Кира зажмурилась в испуге.

– Смелая ты, и наглая, – мужчина провёл по тонкой шее носом, вдыхая желанный аромат, и поинтересовался: – Какое?

– С–сотри моим род–дителям и сестре память обо мне, – объятья и прикосновения мегилла пугали. Но это было ничто по сравнению с тем, что Киринии предстояло.

– Что ж, пусть будет так.

Хандер приподнял хвостом подбородок девушки, и она от неожиданности распахнула глаза, напрямую встречая пристальный взгляд ядовито–зеленых омутов.

– Жизнь за жизнь, – произнес мегилл слова контракта, прокусил свой указательный палец, после кровью нарисовал на лбу девушки какие–то руны, те исчезли как только Кира сказала ответное:

– Жизнь за жизнь…

– Подари мне поцелуй, смелая человеческая дочь, – велел Хандер, – и я выставлю временный барьер от акранов. Моих сил недостаточно, нужно чуть энергии.

Кира встрепенулась, хотелось протестовать, оттолкнуть, но с тем она понимала, что нужно. Прикрыв веки для смелости, потянулась к мегиллу, от страха девушка не слышала, как вновь закричал отец, как сорвался с места и кинулся к ним в попытке помешать, но был небрежно отброшен в сторону хвостом крылатого.

Мягкие девичьи уста коснулись твёрдых и холодных губ мегилла, и он не стал больше ждать – сам нетерпеливо впился, пылко сминал, жадно целовал и пил. Пил энергию Киры, поглощал вожделенную, но отстранился скоро. Время сделки потекло.