Шедевры немецких классиков

Die Veraendrung, ach, wie gross!

Liebe! Liebe! lass mich los!

***

К луне

Вновь в долину с дальних гор

Льёшь безмолвный свет,

Дай моей душе простор,

Ей пределов нет;

Ты взглянула – ласков взгляд,

Взор спокоен твой,

Вижу, что глаза следят

За моей судьбой.

В сердце эхом каждый миг,

Грусть с весельем в нём,

Боль и радость я постиг,

Покидая дом.

Поспеши, река, бежать!

Никого, друг мой,

Я не буду целовать

С радостью такой.

Это было только раз,

Вдруг, сказала – Да!

Буду помнить в смертный час,

Память навсегда!

Мчится речка всё быстрей,

Потеряв покой,

Речка, песенкой своей

Поделись со мной.

Пой зимой –  под вой ветров,

Пой, не замолкай,

И весной, среди цветов,

С песней пробегай.

Тот блажен, кто, суету,

Для любви забыл,

В верном сердце чистоту,

Дружбы сохранил.

Днём, в чём нашей жизни суть,

Не понятно нам,

Счастье в грудь находит путь

Только по ночам.

An den Mond

Fuellest wieder Busch und Tal

Still mit Nebelglanz,

Loesest endlich auch einmal

Meine Seele ganz;

Breitest ueber mein Gefild

Lindernd deinen Blick,

Wie des Freundes Auge mild

Ueber mein Geschick.

Jeden Nachklang fuehlt mein Herz

Froh- und trueber Zeit,

Wandle zwischen Freud und Schmerz

In der Einsamkeit.

Fliesse, fliesse, lieber Fluss!

Nimmer werd ich froh,

So verrauschte Scherz und Kuss,

Und die Treue so.

Ich besass; es doch einmal,

Was so kuesstlich ist!

Dass man doch zu seiner Qual

Nimmer es vergisst!

Rausche, Fluss, das Tal entlang,

Ohne Rast und Ruh,

Rausche, fluestre meinem Sang

Melodien zu,

Wenn du in der Winternacht

Wuetend ueberschwillst,

Oder um die Fruehlingspracht

Junger Knospen quillst.

Selig, wer sich vor der Welt

Ohne Hass verschliesst,

Einen Freund am Busen huelt

Und mit dem geniesst,

Was, von Menschen nicht gewusst

Oder nicht bedacht,

Durch das Labyrinth der Brust

Wandelt in der Nacht.

***

Баллада Фульский король

Мой перевод

Король жил в Фуле милой

С любимою женой,

В предсмертный миг  вручила

В дар кубок золотой.

Он с ним не расставался

До края наполнял,

Когда, вдрызг, напивался,

Держа в руках, рыдал.

Час смерти не был страшен,

Что было сосчитал.

Всё кроме этой чаши

Наследникам раздал.