Жизнь цвета радуги. Сборник рассказов

Но моя Дашуля, девочка серьезная скромная, и вдруг – эротика…

А барышня моя продолжает, видимо, чтоб меня совсем переклинило:

– Вы в своей молодости ничего такого не смотрели. А теперь и вовсе не будете. Попробуй с вами заговорить на такую тему, быстро спишете все на развращенность, запрете за семью замками. Я матери как-то заикнулась про то, что меня Мишка Никитин – одноклассник – поцеловал, так она скандал подняла, хоть святых выноси! И в школу ходила, к директору, потом нашей классной влетело, и к Мишке домой.

Он со мной не то, что целоваться, здороваться перестал!

Записала, значит, меня моя умница, в зануды и гонители! А я-то всегда радовалась, что у нас с Дашей отношения без горечи разницы поколений. Так обидно мне стало!

Уехала я к деду в больницу одна, молча. Оставила внучку в ее мыслях-домыслах вариться, и эротику без оглядки смотреть.

Поговорили с Василичем, посидели в приемной на скамеечке. Успокоилась немного, думаю, надо же как-то авторитет восстанавливать. А что лучше для этого сделать, чем поделиться сокровенным, эротикой этой самой? Пока до дому ехала, вспоминала все.

Мы ведь с Семеном познакомились еще в школе, учились в одном классе. Потом он пошел на завод работать, а я – на мясокомбинат, и училась на вечернем. Года два не виделись совсем, хоть и жили друг от друга неподалеку. Встретились на свадьбе моей старшей сестры Ольги. Ее муж – Павел – пригласил своего двоюродного брата, глянь, а это мой одноклассник. Поудивлялись, да встречаться начали.

Тем более, у сестрицы – жизнь новая, молодая. Мать с отцом в огороде копаются вечерами, Савелий с мальчишками в футбол гоняет, не сидеть же мне одной за закрытой дверью! Потому что Ольге и Паше, как молодоженам, выделили одну маленькую комнату, бывшую родителей, а мы все остальные в большой стали обитать.

Уходили, гуляли с кавалером моим. То в кино сходим, то в парк пойдем, на карусели, как маленькие катаемся! Но на улице – это в теплую погоду хорошо. А зимой – неуютно как-то. К Семушке не пойдешь – они в коммуналке жили, в одной комнате вшестером: бабка его, мать с отцом, и их трое братьев.

Ко мне – тоже, вроде неудобно. Мы с ним стали так делать, зайдем ко мне, поужинаем, чаи погоняем, и выходим к нам в огородик – в теплицу. И не видит нас там никто, и все теплее, чем на улице. Притулимся на бревнышках, сидим, любумся-милуемся.

«Девчат» в ту пору уже все цитировали, потому я уже очень хорошо знала, что, когда целуешься, носы не мешаются.