Пожар Латинского проспекта. Часть 3

Так это, получалось, они были согласны мне и чекушки возить – лишь бы я со двора никуда не уходил!

– Видишь, как тебя ценили!.. Только денег не платили.

– А зачем? – поддакнул Джон. – Лёха и так всё на «ура» сделает!

Надо было срочно сворачивать скользкую и опасную тему: здесь Славу могло и занести.

– Я же прихожку закончил! Коридорчик тёщин. Потолок в звёздах, трубу под пальму – ну, я рассказывал!

– Можно ещё трубу паклей обтянуть – натуральней будет! – решил подсказать идею Женя.

– Не, – отрицательно мотнул головой я, – это будет уже перебор. И негигиенично – мыть же постоянно надо.

– Тёща-то хоть довольна?

– Ну, более-менее. Прихожкой-то, наверное, но долго им всё это показалось…

– Ну, как у Лёхи – мастера всегда…

– Тёща-то у меня – суровая! Но – справедливая… Хотите, заедем как-нибудь – я вам коридорчик-то покажу.

– Ты лучше, – усмехнувшись, Слава переглянулся с Джоном, – тёщу покажи… Так, Женька, – кажется здесь, как он нам объяснял, да?

Мы свернули с заледеневшего асфальта в дивный хвойный лес.

Завязли на первом же повороте, и мы с Женькой, выскочив, выталкивали грязненький наш микроавтобус. Дальше ехали без приключений, нашли и смотрели сруб за шлагбаумом будущего гостевого дома. И не спешил я никуда – можно было ходить, смотреть, поддакивать Славе и умничать Джону: танцпол был только завтра…

Да, я пошёл в прошлый четверг на занятие.

Во-первых, нельзя было бросать партнёршу – нельзя! Моя «съехавшая» крыша – не повод, чтобы она оставалась здесь неприкаянной одна.

Ну, а во-вторых, где-то в глубине души ещё жила надежда, что…

– Андрей, не надо меня больше провожать! – хоть и волнуясь, но твёрдо отрезала мне Люба, едва мы закончили занятие.

Я ослушался. Я ждал её на улице у стеклянных дверей, надеясь хоть как-то объясниться.

– Спасибо, что пришёл! Я на девяносто пять процентов была уверена, что ты придёшь, – не останавливаясь, она просто повернула в мою сторону голову.

– Люба!..

– Не надо, Алексей! – Люба была уже впереди и обернулась полностью, упреждающе вытянув вперёд распростёртую, в чёрной перчатке, ладонь, – Не надо! Мы уже с тобой обо всём поговорили.

Приостановившись, она долгую секунду пристально всмотрелась мне в глаза, – что-то в лице её дрогнуло, – и, резко развернувшись, почти побежала прочь.