Разрешаю любить или все еще будет

Дедушка часто отсутствовал – пропадал на работе: клал печи. Он был хорошим печником и его приглашали даже в дальние села. Меня встречала бабушка у калитки или на пороге дома. Она любила гладить меня по головке и приговаривать:

– Юра, как бы я хотела дожить до того времени, когда ты женишься. – Бабушка тяжело болела и боялась умереть. У нее была водянка.

Я, не сознавая важности слов Веры Борисовны, привел к ней однажды в дом девочку и сказал:

– Баба, смотри – это вот моя невеста.

Я на ней скоро женюсь!

Вера Борисовна долго смеялась, даже прослезилась.

Со своей невестой я познакомился случайно. В тот день мать выпроводила меня на улицу: я путался у нее под ногами и мешал полоть гряды. Ноги понесли меня вначале до угла – начала другой улицы, соседней, а там неожиданно остановились – я заинтересовался трактором. Мне приходилось видеть трактора, но этот стоял ни где-нибудь, а у дома бабы Мани, которая умерла. Ее сын приезжал на похороны, побыл и уехал.

Долгое время в доме никто не жил. Он стоял с заколоченными окнами, а тут они были открыты настежь, и из печной трубы струйкой поднимался в чистое летнее небо дым.

К трактору была прицеплена телега, а в ней прыгала девочка.

– Эй, ты кто такая? – крикнул я ей.

– Ната!– ответила девочка и вызывающе посмотрела на меня. Я не сплоховал и тут же спросил:

– Что это еще за Ната?

– Ну, Наташа!

– Меня можешь звать Юркой, – откликнулся я.

– Залезай в телегу, поиграем! – пригласила Ната.

Меня не пришлось долго упрашивать. Я тут же полез вверх и перевалившись через борт телеги упал на ворох мягкой соломы. Ее было много, и мы не один час бесились: бегали, прыгали, кувыркались до тех пор, пока мать Наты Нина Васильевна не позвала девочку обедать.

Я часто приходил к Наташе. Она также чуть, что бежала ко мне. Нам нравилось проводить время вместе. Больше всего мы любили играть в тракторной телеге. Она всегда по вечерам стояла у дома бабы Мани.

Однажды я поссорился с Наташей, и девочка стала меня сгонять с телеги:

– Мой папа тракторист, а не твой! Твой, – она на мгновенье остановилась, не зная, что ей делать, говорить или нет, затем презрительно взглянув на меня крикнула: – коровам хвосты крутит, вот так! Уходи отсюда и не смей больше играть в моей телеге.

Ната пыталась столкнуть меня силой, но я хоть и был ростом меньше нее, но крепкий и не поддавался.