В сумерках близкой весны

Евгений не был в этом уверен. Он внимательно взглянул на Марата. К чему этот разговор о квартире?

– Да, зайди, Женечка! Всё-таки ты в этой квартире ремонт делал. Если не помиритесь, то можно постараться продать её и поделить деньги. Или разменять. Разные способы есть. Юридическую консультацию можно получить, хотя и без этого можно договориться.

– Однокомнатную квартиру разменять? Каким образом?

– Я не знаю. Как-то попытаться поговорить.

– А на что менять-то?

– Ну пусть остаётся в своей квартире, всё-таки она её получила.

А тебе, Женечка, деньги.

– Какие деньги?

– Половину стоимости.

– Где она возьмёт? В библиотеке работает.

– Ну уж это не твои проблемы. Много способов есть. Кредит, ипотека.

Евгений бросил в рот измятую колбасу, нахмурился ещё больше. Ярость стремительно выплывала на поверхность. Он не позволит вмешиваться в свои дела.

– Я ничего требовать у неё не стану.

– Почему же?

Евгений откинулся на спинку стула, прищурился, недобро усмехнулся:

– Что-то я не понимаю!

– Чего, Женечка?

– Эти вопросы!

– Дело житейское!

Несколько минут они сидели молча.

Выпили. Марат крякнул от удовольствия, потирая ладони время от времени. Евгений расслабился. Разве можно долго сердиться на этого безобидного старика?

– Марат, а что же ты сам не делился со своей первой женой, когда разводился? Кажется, ты оставил ей квартиру.

Прогалинский рассмеялся, развёл руками и покаянно покачал головой:

– Оставил, Женечка, оставил.

У меня же дочка взрослая. Подумал, что всё для неё. Да и жена… Куда пойдёт?

– Так разменяли бы, кажется, у вас трёхкомнатная квартира? – пожал плечами Евгений.

– Нет, менять нельзя. Квартира хорошая. К тому же я не в претензии. Пусть девочки живут себе. Зачем им осложнять жизнь? К тому же разве квартира важна?

– Вот и я не в претензии. Тем более это не моя квартира, я её не получал. А если бы и моя была… оставил бы ей. Пусть… Куда ей идти?– Помолчал, ища глазами сигареты, затем спросил резко, предчувствуя ответ.

– Это мать тебя попросила о квартире поговорить со мной?

– Только ты ей не говори, Женечка. Она просто переживает, что ты, как брошенный, на съёмной квартире проживаешь.

– Ты сам говоришь, что разве квартира важна?

– И я так считаю. Но мамочку твою игнорировать не могу. Она переживает.

Евгений помолчал. Потом разлил остатки водки, вздохнул:

– Не могу я у неё квартиру отнять. Да и не хочу.