А где же Майя?

Где-то через месяц, когда ей снова станет скучно. А пока пусть немного понервничает. Кто же виноват, что при избытке фантазии у неё напрочь отсутствует чувство юмора?

А где же Майя?

– Ожидайте, завтра к вам приедет Майя, – произнесла риелторша, и тут же в трубке послышались частые гудки.

Либо мадам на том конце провода бросила трубку, либо просто оборвалась связь. Да и ладно.

Старушка Берта впервые в жизни собралась сдавать комнату. Мало того, в последнее время она просыпалась от странных шорохов, доносившихся из коридора, к тому же однажды ей приснился сон, будто она сходит с ума от одиночества и жарит на сковородке недавно прочитанные книги.

Муж ушёл от Берты десять лет назад, когда ей было шестьдесят, к какой-то женщине, державшей в своей обширной четырёхкомнатной квартире двадцать сиамских кошек. Разлучницу звали Грета, она была похожа на Фаину Раневскую, а еще младше Берты на целых три года. С одной стороны, Берте даже стало легче, поскольку ей всегда казалось, что её Василий – энергетический вампир, а с другой, она слишком замкнулась в себе.

Пол жизни прожили вместе, и тут на тебе – дорогая, ты мне совсем не нужна. Старушка редко стала выходить из квартиры, перестала общаться с подругами, ибо подруги так и норовили повесить на её бедные уши очередную порцию нытья, и чтоб не было скучно, принялась зачитываться сочинениями Агаты Кристи и просматривать один сериал за другим.

И вот к ней должна была приехать учительница английского языка.

Берта уже заранее радовалась этой встрече. Теперь она будет по утрам пить с девушкой кофе и рассказывать ей истории из своей жизни, а учитывая сей факт, что за такое удовольствие еще и платят, то на душе становилось спокойнее.

Утром, перед приездом Майи, Берта поправила постель, распахнула шторы, чтобы впустить побольше света, и поставила на стол вазочку с пышными еловыми ветками. Пусть в маленькой и начищенной до блеска комнате витает свежий, рождественский запах хвои.

А затем отправилась на кухню печь яблочный пирог. Старушке хотелось немного порадовать девушку. Наконец-то, появится хоть одна живая душа в этой одинокой квартире!

Едва Берта поставила свежевыпеченный пирог на стол, как позвонили. Обрадованная старушка открыла дверь и тут же обомлела. Перед ней стояла риелторша Тамара, невысокая, грузная пергидрольная блондинка в норковой шубе и нахлобученном, словно шапка Мономаха, капоре.