Ведьмина внучка

Белая магия

Объявление в газете

…И кто знает, чем бы это закончилось, не попадись Женьке на глаза объявление в газете. «Белый маг поможет решить ваши проблемы, очистит ауру, восстановит энергетику» – прочитала Женька и задумалась. Про ауру она ничего не знала, чем её чистят – тем более. Энергетика – это что-то электрическое, с машинами связано. Машины у Женьки нет. А вот проблемы решить – это она согласная, ничего в том нет плохого, белая магия не чёрная, а за спрос денег не берут.

С последним Женька ошиблась – деньги пришлось выложить немалые.

Как оказалось, она заплатила не зря. Сидела, раскрыв от удивления рот, а женщина-маг подробно расспрашивала её обо всём, что с ней случилось, что было не так… А после и не спрашивала – сама за неё говорила, а Женька, вытаращив глаза, очумело трясла головой, подтверждая: «Да… Да… Так оно всё и было. Вам-то откуда известно, я ж не говорила никому?!»

Белый маг, не отвечая на заданный вопрос, перешла на ты:

– Суждено тебе за чужие грехи расплачиваться, а за чьи – сама, верно, догадываешься.

Не могу сказать, не вижу.

– Неужели… Да не может этого быть! – охнула Женька. – Это ж мама моя! Говорили про неё в деревне всякое, да я не верила, мать ведь она мне! И с Олькой кажное лето нянчилась… Что бы я без неё делала! Олька, считай, на её руках выросла, да и меня она привечает, как приеду – от себя не отпускает, не надышится, – втолковывала магу Женька, отводя от матери беду, отметая подозрения.

А сама уже знала: она это. Больше некому.

– Часто она с тобой рядом садилась? Обнимала тебя? В глаза смотрела? – допытывалась женщина-маг. И Женька кивала потерянно…

Антонида любила сидеть вдвоём с Женькой на старом продавленном диване, подолгу не отпускала её от себя. – «Мам, я ж не сидеть, я работать приехала!», – Женька порывалась уйти, о Антонида всякий раз её удерживала: «Да погоди, куда ж ты бежишь от меня? Посиди со мной маленечко, Женюра!» Обнимет за плечи и всё говорит, говорит, а у Женьки глаза закрываются, словно не утро сейчас, а вечер поздний, так ей спать хочется…

Ноги будто не её делаются – тяжёлые, непослушные, и слабость накатывает – откуда взялась? А мать всё говорит и говорит, говорит и говорит… А после встанет и пойдёт по хозяйству шуровать, и всё у неё спорится, работа от рук отлетает.

А Женька весь день как варёная, всё через силу делать приходится, словно не грядки полет, а камни тяжёлые ворочает.