Запад – Восток. Красным по белому. Альтернативная сага

– Тогда я ставлю вас в известность о том, что происходит в Генеральном штабе…

Ежов слушал генерала не перебивая.

… – Сейчас Тухачевский выехал к вам.

– Спасибо, Михаил Дмитриевич, вы всё делаете правильно. До ответа Абрамова решительных действий не предпринимайте. Предупредите Слащёва.

После того как прошёл «отбой» генерал вызвал новый номер.

– Слащёв у аппарата!

– Здравствуйте, Яков Александрович! Это Бонч-Бруевич.

– Слушаю!

Бонч-Бруевич чуток растерялся, потом до него дошло.

– Вам неудобно говорить?

– Так точно!

– Тогда говорить буду я, а вы слушайте. Петропавловская крепость уже около часа передаёт штормовое предупреждение. Понимаете?

– Да!

– А некоторое время назад была предпринята попытка передать с антенны Генерального штаба следующее сообщение… – Бонч-Бруевич зачитал Слащёву приказ Троцкого. – Всё, как и предсказывал Абрамов. Я это сообщение пока придержал, а в адрес Абрамова только что отправил радиограмму. Надеюсь, что он ответит быстро.

Пока будем тянуть время. Вы с нами?

– Так точно! Будет исполнено!

Командующий войсками Петроградского гарнизона генерал-майор Слащёв положил трубку. Повернулся к офицеру из окружения Тухачевского, который уже давно «пасся» у него в кабинете и всё время телефонного разговора держал руку в районе кобуры.

– Всё в порядке, полковник! – Слащёв заставил себя непринуждённо улыбнуться. – Генеральный штаб подтвердил приказ наркома. По гарнизону незамедлительно будет объявлена тревога!

Район учений войск Центрального военного округа

Сталин встретил Абрамова недовольным ворчанием:

– Товарищ Абрамов, долго мне ещё сидеть в этой душегубке?

В купе командующего Центральным военным округом действительно было душно.

Стояла середина июля, и от дневного зноя не спасало даже то, что штабной поезд был загнан в тупик, с двух сторон затенённый кронами растущих по обе стороны колеи деревьев.

– Собирайтесь, Иосиф Виссарионович! – решительно сказал Абрамов.

 – Будем переселять вас в палатку. Сохранять далее ваше пребывание втайне, я думаю, не имеет смысла!

Сталин насторожился.

– Есть новые сообщения из Москвы?

– Нет, – Абрамов чуть нахмурился. Утренние сообщения из Белокаменной рвали сердце на части, – но есть радиограмма из Генерального штаба.

Он протянул Сталину бланк. Тот прочёл и посмотрел на Глеба со знаменитым «сталинским» прищуром.