По ту сторону (сборник)

 – Ладно, пошли на физику!

И друзья помчались во весь дух на урок по предмету, который внушал отвращение им обоим.

Физичка – молодая, вечно хмурая, со впалыми щеками – была, как всегда, собранна, аккуратна в одежде и словах. Глядя на нее, невольно хотелось забыть про веселье и радость. Наверное, поэтому все уроки физики проходили в тягостной, почти печальной атмосфере. Знания, которые искренне пыталась вложить Галина Алексеевна в головы своих учеников, тоже были с оттенком глубокой скорби и вселенской печали.

Как-то Стрела, сидя на физике, даже попытался осознать для себя: почему только физика вызывает у него (и не только у него!) такие ощущения, граничащие с отторжением. И пришел тогда к выводу, что именно сама физичка – как человек – способствует такому восприятию ее предмета. Он еще подумал тогда, что, возможно, будь на ее месте кто-нибудь другой, может быть, и физика воспринималась бы иначе.

Друзья все же опоздали. Осторожно постучав, они, не дожидаясь ответа, вошли и, увидев лишь сдержанный кивок физички, никак ею не комментируемый, быстро пробрались на место.

Несмотря на то, что физичка никогда не повышала голос, никогда не реагировала на шум в классе, никогда не смеялась шуткам Бублика и не вступала в дискуссии с учениками, во время ее уроков царила почти загробная тишина.

Предмет на этих уроках олицетворял для одних мучительное физическое чувство ожидания конца пытки, когда сорок пять минут превращались в сорок пять часов; тогда как для других Физика – с большой буквы «Ф» – была чем-то иррациональным, хотя именно эта наука и отметала всю мистику в зародыше.

В классе было совсем немного учеников, на которых немногословная и неулыбчивая физичка обратила свою благосклонность. Поэтому, отвечая урок, эти ребята ловили себя на мысли, что вовсе не заслуженная пятерка греет их честолюбие, а именно полуулыбка – как улыбка знаменитой Джоконды – странной физички Галины Алексеевны, обращенная именно к ним. Она завораживала их неокрепшие души и заставляла еще более рьяно грызть гранит этой науки.

Галина Алексеевна, устало прикрыв глаза и дожидаясь, пока угомонятся опоздавшие, произнесла лишенным эмоций голосом:

– Сегодня для начала я бы хотела сказать пару слов о явлениях, происходящих в нашей жизни, и с точки зрения физики – необъяснимых.

Народ насторожился. Такого еще не было! Будничным голосом каменная физичка произносила потрясающе крамольные для ее предмета вещи.