Подкидной агент

– Михаил Иванович, – произносит генерал Ерёменко, когда они влились в состав группы, – у Святослава Всеволодовича есть предложение: не передать ли представительство на поминальном обеде супругам, придав им для усиления твоего заместителя, а самим помянуть Николая Павловича в другом месте, по-нашему, по-офицерски!

«Интересно, каким боком затесался в офицеры сенатор Корниевский? Хотя, поди, знай, кто он там в запасе? Да и термин „по-офицерски“ в данном контексте можно трактовать не то что двояко или трояко, а многояко! Нет, тут что-то не то.

Не иначе, разговор какой намечается в неформальной обстановке». Пока «котелок» варит, лицо хлопочет на публику. Сначала на нём отражается понимание, потом готовность соответствовать, а затем лёгкое сомнение: а как же жена?

– Соглашайтесь, Михаил Иванович, – голос Ларисы Матвеевны Корниевской диктовал верное решение. – Гена за вас отработает. А мы вчетвером ему в том поможем, верно, девушки?

Лариса, жена заместителя Сологуба полковника Максимова, Лена, жена генерал-полковника Ерёменко, ну и Роза – куда тут денешься? – дружно закивали.

– Вот и лады! – подвёл итог заранее решённому делу Ерёменко. – Тогда по коням? Мальчики направо, девочки и примкнувший к ним полковник Максимов – налево.

**

Это был престижный ресторан. Сологуб трапезничал тут пару раз по приглашению Мороза. И как раз в одном из таких кабинетов. Стол накрыт без новомодных штучек, но дорогой коньяк и чёрная икра присутствуют.

По совести, для генеральского кошелька накладно. Но так Сологубу счёт не оплачивать. Потому пил, закусывал и поминал хорошего человека Михаил Иванович со спокойным сердцем. Подали горячее. «После этой перемены блюд, думаю, они и доложат, зачем позвали».

– Может ты, Михаил Иванович не в курсе, но после кончины Дронова куратором спецслужб от Федерального Собрания является Святослав Всеволодович…

Сологуб поприветствовал новое начальство лёгким полупоклоном и удостоился в ответ благосклонного кивка.

… – И теперь у сенатора Корниевского имеется к нам поручение.

Непосредственный начальник Сологуба умолк, предоставив сенатору самому изложить суть дела.

– Вопрос, который вам предстоит закрыть, касается так называемого «Украинского досье»…

– Но ведь… – вырвалось у Сологуба. Генерал тут же опомнился: – Виноват.

– Ничего, – усмехнулся Корниевский. – Я сам, когда мне доложили, воскликнул «Какого лысого?!».