Подкидной агент

Если Святослав, сам того не замечая, во многом жил её советами и ничуть от того не страдал, его друг жену до своей работы практически не допускал, оставив ей пресловутые K?che, Kinder, а с началом перестройки и Kirche тоже.

Занимаясь одним делом долго двигаться по служебной лестнице параллельно просто невозможно. В этот день Святослав пришёл с работы в крайне дурном настроении. Чтобы выяснить причину больших усилий Ларисе прилагать не пришлось. Друга повысили в должности, а это попахивало и внеочередным званием тоже.

Слава, видимо, ожидал от жены утешений, но услышал совершенно другое.

– А что тебя удивляет? Рано или поздно такое должно было случиться!

У Славы округлились глаза. – Нормально! Ну, спасибо тебе, жёнушка! То есть я, по-твоему, для этой должности умом не дорос?!

Видя, что мужик закипает, Лариса поспешила обнять мужа. – Дорос, Славочка, дорос, умом я имею в виду. Но только дело тут не в уме, вернее, не только в нём.

– Хочешь сказать… – нахмурился Святослав.

– Ты про нечестную игру? – догадалась Лариса.

 – Нет, всё по чесноку.

– Тогда я тебя не понимаю, – Слава вывернулся из объятий.

– Просто наш с тобой друг – птица более высокого полёта, чем ты, уж извини!

– Так просто? – буркнул Слава.

– Да, так просто! И, помяни моё слово, летать наш друг будет всё выше и выше. А для нас самое разумное никак ему в этом не препятствовать, а тебе даже и помогать, пока он рядом, и как другу, и как начальнику.

Напророчила тогда Лариса в цвет.

И друг про них не забыл. Тянул за собой. Нет, Корниевский был человеком, безусловно, способным и доверие отрабатывал с лихвой. Но всё-таки без такой протекции не занял бы высокого поста в силовых структурах, а уж сенатором точно не стал.

***

«Хорошо когда жена ведьма, – думал Корниевский, удобно расположившись на заднем сидении мчавшего по Москве автомобиля. – Неделя не прошла с того разговора и вот оно приглашение в Кремль!»

В приёмной сенатору ждать не пришлось, его тут же пригласили войти.

Встретил его хозяин кабинета как старого друга, усадил в мягкое кресло возле низкого накрытого к чаю столика, – более крепких напитков здесь принципиально не предлагали – теперь вот расспрашивал о семье. Разомлевший от приятных ощущений Корниевский не сразу уловил переход от прелюдии к делу.

– Вернуться на службу? Куда?

– Ну не на кудыкину же гору! В органы. Чего скис? Что не так?

– Да нет… всё, наверное, так.