Шестьдесят дорог к счастью. Сборник рассказов

Она повертела в руках Серегину фрезу и выдала категорично:

– Эти на верхней полке лежат! Не полезу!

– Да вы не беспокойтесь, я знаю, где они находятся, – невинным голосом проговорил Серега, – сам достану!

– Вот зараза! – прошипела кладовщица, но дверь открыла. Ссорится с фрезеровщиком именно сейчас в ее планы, видимо, не входило.

Серега проник в помещение, и какое-то время за дверью ничего, кроме обычного глухого ворчания тети Паши, слышно не было. Затем послышался ее громкий недовольный голос:

– Ну, ты скоро там, Николаев?

– Да, всё достал!

– Тогда проваливай скорее, дай спокойно пожрать!

– Сейчас, сейчас, только проверю, как заточена!

– Ты что, издеваешься, сучонок? Да у меня весь инструмент, как бритва острый! – по голосу кладовщицы чувствовалось, что Серега задел ее за живое.

– Дерьмо у вас, а не инструмент, тетя Паша! Готов на бутылку вашей любимой зубровки поспорить, что эта фреза тупая!

– Сам ты тупой, щенок паршивый, ступай отсель, пока я тебе башку этой самой фрезой не отпилила! – не на шутку завелась тетя Паша.

– Зачем башку, когда можно на пальце, например, испытать. Вот смотрите, я сейчас чиркну по пальцу режущей кромкой, и ничего не будет! – невозмутимо продолжал Серега доводить кладовщицу. – Алле гоп, готово!

– Э-эй, ты чего творишь? – завопила не своим голосом тетя Паша. – Ой, батюшки светы! Помогите, люди добрые! Что же это твори-и-ится?!

Послышалась какая-то возня, затем неясный шорох, потом звон разбитой стеклянной посуды и… звук падения чего-то мягкого и грузного.

Наступила гробовая тишина. Приоткрылась дверь, и показалось бледная Серегина физиономия:

– Братцы, она кажется… того, дубу дала! – произнес он побелевшими губами.

Наступила немая сцена. Затем на склад забежали двое его товарищей, которые первыми очнулись от оцепенения, и сразу же раздался громкий голос одного из них:

– Да жива она, жива, слава богу! Без сознания только!

Подошедший на шум начальник цеха сразу оценил обстановку. Он тут же вызвал медсестру, которая уже через несколько минут привела тетю Пашу в чувство.

Тетя Паша, сидя на полу, крутила головой и ничего не понимала. Рядом с ней лежал злополучный бутафорский палец и разбитый граненый стакан.

Начальник поднял один из осколков и понюхал. Потом заметил бутафорский палец и посмотрел на Серегу, который все это время стоял с низко опущенной головой:

– Твоих рук дело?

Серега обреченно кивнул.

– Так я и знал! Пиши заявление по собственному желанию.