Превратись. Первая книга

Стройный, он стоял и думал, что старому негодяю следовало бы пригласить его сесть.

– Приходилось ли вам, любезный, – не поднимая косматых глаз, молвил вздыхавший, – играть в детстве осколками стекла?

Он собрал перстью пальцы с когтями.

– Орсов луч блуждает в его глубине и вдруг ослепительно сходится, зажигаясь, будто сам Орс тут у вас, в ваших пальцах.

Молодой военный раздражился ещё сильнее и натужно повёл низкими бровями.

– Вот это то, что называется Концом Ожидания.

 – Просто сказал Дьявол, укладывая ослабевшую лапу на бумаги так небрежно, что смял верхнюю.

– Это вконец собьёт их с толку. – Не удержавшись, пробормотал офицер.

Дьявол глянул на него исподлобья, не утруждая себя иронией.

– Конечно.

– Вторжение автора. – Еле слышно молвил офицер.

– Верно, в конце представления. – Раздумчиво молвил бес. – Но… – Протянул он. – Полагаю, что автор будет скромен… вначале, как и подобает автору, не получившему пока широкого признания.

Офицер разрешил себе хохотнуть.

– В чём дело, дитя моё? – Спросил начальник.

Офицер смех оборвал и выпрямился.

– Не видали скромного автора? – Добродушно просипел бес, играя кончиком бороды.

– Не-а.

Дьявол полюбовался глупым мальчиком и вздрогнул из-за набежавших мыслей – кончик бороды шевельнулся.

– Исключение, милый. ИСКЛЮЧЕНИЕ. Этот – скромен и зловеще скромен.

Он готов быть оплёванным и даже не сморгнёт, ежли в его рукопись завернут рыбу. Фигурально выражаясь, такой может рассчитывать лишь на венок из терновых веток.

Офицер поморщился, машинально закатив мутные умные глаза под заросший, гладко расчёсанный лоб.

Медведь

Увы, моя хроника страдает от того, что документы в моей памяти безбожно перепутались, как бумаги на столе Дьявола. Пожалуй, я продолжу с той верхней бумаги, которую тот примял своим локтем.

Визит мебельщика состоялся ровно месяц назад, а сегодня был день, когда зима встречается с весной. Веда натянула на свои не слишком длинные, но удивительно нежные и тонкие пальцы перчатки из коричневого эластичного бархата с пушистой опушкой из разлетающихся невесомых нитей. Пальцы, скрывшиеся под бархатом, имели некоторую едва приметную кривизну на среднем (палец Судьбы).