Оптимистические этюды

Сотни, да что там сотни, тысячи рыжих тараканов образовали узоры, которые менялись, как картинки в калейдоскопе.

Я вошел на кухню, что-то хрустело под ногами, но вниз я не смотрел. Что там смотреть, и так было все ясно. Я сел на табуретку и задумался. К моей ноге приблизились три жирных таракана. Главари, наверное.

– Друзья, – сказал я, – я был бы не против, если б вас было штук пять. Мы бы дружили, вместе ужинали, проводили время в приятных философских беседах. А такую ораву я не прокормлю. Мне и так приходит по вечерам заниматься извозом, на улице галопирующая инфляция, вы должны понимать.

Главари сидели смирно и внимательно слушали.

– И я не понимаю, куда вы прячетесь днем? Впрочем, это неважно, Давайте договоримся так: к завтрашнему вечеру вы исчезаете. Куда – это ваши проблемы. Если в семь часов вечера я увижу больше пяти особей, то начинаю дезинфекцию.

– Дезинфекция! – услышал я в шелесте, заполнившем кухню.

– Ну-ну, – услышал я, когда затих основной гомон, – еще один оптимист.

– Только экологию испортит, – добавил кто-то.

– Условия вы поняли, – сказал я и пошел спать. По понятой причине в ванную я заходить не стал.

На следующий день, ровно в семь вечера я вошел в кухню с баллончиками отравы. «Слона убьет», – пообещал мне продавец. Тараканов на стенах было много меньше – это были анархисты, которые не захотели выполнять наш договор.

– Вот вас мне не жалко, – сказал я, обмотал лицо старой футболкой и начал поливать кухню ядовитой жидкостью. Через пятнадцать минут я понял, что еще немного и тараканы выйдут из битвы победителями.

Я был близок к обмороку, судорогам и мучительной смерти. Бросив пустые баллончики на пол, я выскочил из квартиры, на улице сел в машину и, не оглядываясь, уехал.

Утром я веником выметал трупы и складывал их в мусорное ведро, которое быстро наполнилось до половины.

– Вот так-то! – сказал я, открыл окна и уехал на работу.

Вечером, когда я сел на табуретку, ко мне подползли три главаря. Именно подползли.

От их вчерашней бравады не осталось и следа.

– Ты это… – услышал я. – Ты кончай себя травить. Мы-то выживем, а у тебя всю жизнь впереди, зачем тебе оставшиеся годы жить инвалидом? Нас осталось немного, потребности наши невелики, ты запросто сможешь нас прокормить.

На том и порешили. Оставшиеся тараканы вели себя очень прилично, на стол и стены не лезли, довольствовались тем, что падало на пол. А потом наступили девяностые, и мои рыжие друзья исчезли.