Тёщины рассказы

Тёщины рассказы

Валерий Ланин

Со слов Евлампии Сарычевой записывал в последней четверти двадцатого века Валерий Ланин.

Валерий Ланин

Тёщины рассказы

КТО Я…

…все думают, что я Евлампия, и в паспорте так написано, а на самом деле я Евлалия.

И отчество у меня не такое, как в паспорте, – там стоит Александровна, а какая же я Александровна, если отца Кондратием звали.

Год рождения по всем документам – 1913. Тоже ложь. В детстве у меня были две подружки, одна на год старше меня, другая на год младше, одна с 12-го года, другая с 10-го, я посередине между ними.

Так вот с какого я года? С одиннадцатого. А по документам – с 13-го. И на пенсию пошла как с 13-го. Заведующий мне говорит:"Евлампия Александровна, пожалуйста, поработайте ещё, пока мы найдём вам замену".

Я отвечаю:"Захар Львович, всё. Больше не буду…"

Он головой кивает: "Понимаю-понимаю".

КАКОЙ ПОРОДЫ…

Бабушка с дедушкой молоденькие были, только поженились, поехали в первый раз на базар, – масло продали, он всё до рубля раздал, она плачет…

– Федосья, что ты плачешь? то ли у нас денег дома нету, масла нету?

А золотые деньги были, с первой продажи нельзя брать…

А она плачет: "Зачем в город съездили?"

Когда я появилась, бабушка сказала:

– Или сильно счастлива будет, или злосчастлива, – в рубашке родилась.

В Строево родилась, аж до Митино расславилась… А как расславилась? Тогда взамуж выходить, на породу смотрели. В тридцатые-то годы уж не смотрели. А в Митино была родня, дальняя-дальняя, тётка Арина.

Вот эта тётка и сказала там:

– Вот она чья!

АФОНЬКА ПОЁТ

В юности-то чего не работать? Я днём работала в больнице, ночью домашнюю работу работала. Не у папеньки с маменькой жила, спать-то не приходилось. Да я и сроду не сонлива.

В детстве жила у отчима (вот по нему я и Александровна), отчим на небо посмотрит:

– Журавли полетели. Журавли паужну унесли…

Это значит, надо скорей работать, – день короткий, некогда паужнать.

До света встаём, завтракаем, едем молотить.

И нас, таких малЫх, везут: коней-то стегать надо.

Бежишь в лес, выберешь там, чем их стегать, а машинист уж кричит:

– РебЯтки-и, ребЯтк-и! Пошёл! Пошёл!

Это уже нам надо из лесу бежать. Бегом бежим, орём на лошадей. Лошади ходят по кругу,

Подрастёшь, ставят к барабану… И так за работой день пройдёт. Вечером уже поздно баня вытоплена. Помылись, кушают. Мужчинам нальют по рюмочке. А назавтра опять эта работа. Молотьба, уборка, спали часа два.