Последний дар Эбена

Агата поставила котенка на землю, потому что та, немного почтив их своим присутствием, отказывалась долго лежать на тесных неудобных руках. Выгнув спину, она начала извиваться до тех пор, пока не выскользнула из рук Агаты и долго разминала мохнатое тело, пока девочки любовались им. Затем котенок пристальным взглядом посмотрел на Эмму. Что это был за взгляд! Нельзя было посмотреть в эти глаза и оставаться при этом равнодушным. Эти загадочные животные глаза, озаряли все вокруг своей внутренней силой, пробуждая к жизни палитру разнообразных человеческих чувств – любовь, преданность, жалость, смирение, сила, достоинство.

Превращаясь в магический пучок всепроникающего света, он добирался до самых скрытых тропинок души, призывал к чему-то и, тем не менее, оставался непонятым. Эмма с Агатой залюбовалась ею, какие глаза были у котенка, какой он красивый. Теперь и Эмма не верила, что такое милое животное способно хоть что-то испортить или разбить. На ночь оставлять котенка в этом месте, которое они между собой назвали лесом, не могло быть и речи. Во-первых, сюда могут забрести бродячие собаки. Того и гляди обидят бедного котенка. Во-вторых, по ночам бывает очень холодно, не говоря уже о том, что тут ей определенно нечем поживиться. Они сидели под увядающим шатром из широких яблоневых веток. На них падали желтые сухие листья. Один из них медленно описывая на ветру зигзаги, опустилась котенку на голову. Уголёк, так они решили назвать котенка, от неожиданности высоко подпрыгнул на месте. Агата снова заливалась заразительным смехом, толкала Эмму, чтобы та взглянула на котенка. Уголёк навострила тонкие уши, бросилась за листом и гоняла туда – сюда до тех пор, пока он не застрял в острых коготках, и никак не желал отцепляться. Тогда она разозлилась, схватила его зубами, мохнатая голова описывала энергичные полукруги, отплевывая жалкие остатки листа с шершавого языка. Воробьи при звуках возни спешно улетали с веток яблони. Уголёк в свою очередь испугался птичьего гомона и подбежал к ногам девочек в поисках защиты от неведомых опасностей. Почти сравнявшись с землей, котенок следил за удаляющимися птицами. Черный окрас делал его практически невидимым. Виднелись только настороженные большие глаза, с любопытством оглядывающие небо. Тогда они казались светлее, чем обычно. Губы зашевелились, будто котенок пытался что-то произнести, но никакого звука, даже мяуканья не вырвалось изо рта. Самый забавный котенок, которого доводилось когда – либо видеть Эмме.