Прикосновение

Впрочем, было некоторое сходство. Однокашник плакал. Он не плакал даже, а рыдал. Взахлеп. И уже через минуту друзья молодости обнимались. И Пашкина грудь принимала рыдания и всхлипы, горестно говорившего не понять что, несчастного своего приятеля.

Уже после первои? рюмки, Павел узнал, какои? неблагороднои? и неблагодарнои? оказалась Василиса. Да, это она его чуть не сбила у входа, это она укатила навсегда со своим молодым любовником.

Она, она… она… Каких только слов не услышал Павел в сторону исчезнувшеи? половинки.

Все было ровно как двадцать пять лет назад.

Паша сидел, утирал слезы несчастному, полез в карман за платком.

И там вдруг нащупал серебряную калошку. Как она оказалась кстати. Пашка достал ее? бережно, извлек из парчовои? тряпицы и поставил перед другом на стол.

Уже через несколько минут оба хохотали, вспоминая те, первые слезы после ухода первои? блуднои? жены, и теперь сквозь смех вспоминали уход нынешнеи?.

Короче, калошка очень оказалась кстати.

А что касаемо точности даты, ну ошибся Павел на один день.

Разве в этом дело. Комизм ситуации все одолел. Калоша пришлась очень кстати.

Потом много чего было. И Пашкин сын пошел учиться, куда хотел, и новая жена заступила на свою вахту. И что главное, Пашка нашел свою записную книжку в туалете на полочке, где любил ею полистывать, извлекая пользу.

А вы говорите: «Бремя дат, бремя дат!»

2 июля 2018, бестетрадные.

Разъезд

Они любили раз в год набиваться в его тесненькую квартирку всем своим бывшим курсом, по краи?неи? мере в том количестве, которые оказывались в этот день в городе.

Это был его, Валькин, день рождения, I апреля. И поэтому легко запоминался, легко отмечался. И дата предполагала несерьезность подарка и общения.

Валек, был юноша уже взрослыи?, давно минул ему тридцатник, был не женат. Жил один, и поэтому дом его располагал к чисто мужским посиделкам.

Приятелеи? всегда удивляло, если не сказать слегка коробила, удивительная скромность Валькиного жилья.

За долгие годы послешколья, он не обзавелся ни машинои?, ни всякими другими атрибутами современнои? жизни. Дом его был пуст, нищ и свободен. В нем было самое-самое то, без чего ну, никак не обои?тись.

Мужики недоумевали. По слухам Валентин владел какои?-то конторои?, был, так сказать, ее? боссом, но встретил их как всегда – в трениках, и как бы нехотя стал выгружать подарки. Подарков была тьма-тьмущая.