Прикосновение

Изразцы в ваннои? комнате были из тои? еще, далекои? теперь «невозвращенки» – жизни то есть тои? ее? давнеи?, когда еи? все было все-равно, и она могла себе позволить любои? ремонт, любои? кафель. Она жила на широкую ногу, и ремонтники, которые отделывали эту квартиру сразу почувствовали в неи? редкую женщину. Богатую и не жадную. Поэтому наверное и сделали в квартире все по высшему совестливому разряду.

Но время сдвинулось. Ушло в минус. В минус во всем! В возрасте здоровье, работе, деньгах.

Сеи?час этот минус грозился вытянуться в длинное тире. Татьяна даже не пыталась думать о том, что с этои? «дырои? в нищету», она так мысленно назвала пролом в стенке ваннои? комнаты, она останется до конца своего жизненного похода.

А горцы все? горланили, кричали друг на друга, дверь на лестницу была не закрыта. Они бегали туда-сюда, с этажа на этаж. Дом наполнился чужим говором, а когда один из них запел песню, Татьяна даже улыбнулась. Только закрыть глаза и ты как будто на Кавказе, куда много раз ее? возили родители.

Она много раз слышала эти песни. И тогда они еи? очень нравились, своим непривычным для уха мужским многоголосьем.

Татьяна закрыла глаза, послушала. Нет. Эффект был другои?.

Пение это в ее? доме вызвало только раздражение и почти детскую обиду.

И немножко необъяснимого страха. Чувство острое, как у животины, которую ведут на бои?ню, охватило Татьяну. Она стремительно вернулась в комнату и села к роялю.

Она хотела сыграть Рахманинова громко и вызывающе, чтобы не слышать этих песен гор. Но неожиданно заиграла «Сулико». Потом «Тбилисо», потом «Ереван». Она играла по памяти все что помнила из музыкального обхождения всех горцев.

Одну из мелодии? вдруг подхватили пришедшие мастера.

И Татьяна обнаружила их всех за своеи? спинои?. Они поддакивали еи? кивками и улыбками. А один, помоложе, даже станцевал, сделав круг по паркету в грязных башмаках. Потом раздались дружные аплодисменты.

А дальше случилось то, что может случиться при абсолютном доверии и любви. На столе в кухне появилось вино и белоснежная брынза и фрукты.

Трубы были заменены уже через минуту, а по приказу бригадира усатого и смешного тут же была заделана дыра, и наклеен кафель. с розочками на белом фоне. Все это выглядело букетом ярким и даже живописным. Дыры как и не было.

Горцы ушли, шумно и долго провозглашая достоинства хозяи?ки.