Прикосновение

Камеры отразили ее? одутловатое лицо, жесткое, без улыбки.

– Сеи?час расскажу.

– Я из простои? семьи. Мама моя малообразованная женщина, родом из деревни, – тихо начала она банальнои? фразои?.

Да, она хорошо знала всегда, что не дворянка. Крупная кость, грубыи? голос, резкие манеры. У себя во дворе она общалась с такими же детьми, детьми дворников и всякои? малолетнеи? лимитои?. Она с детства слышала грубые разговоры, нецензурную речь, видела затрещины, которые щедро раздавались детям, женам, мужьям. На кого Бог пошлет.

Нередко получала их и сама.

Но однажды пришла мать и неуверенно сообщила еи?, что хотела отдать ее? в спортивную школу, но там мест не оказалось, и она записала ее? в музыкальную. На класс какои?-то домры.

– А что такое домра? – спросила она у матери.

– А хрен ее? знает, казахское что-то… Иди, лучше бы в спортивную… ты вон у меня какая здоровая. Но мест нет.

Так она оказалась в филиале музыкальнои? школы по классу домры. Она стала ходить по своеи? улочке, с синеи? папкои? на шнурках – в которои? лежали ноты.

Эта папка вызвала уважение к неи? даже у отпетых местных задир. Шел ее? тогда одиннадцатыи? год, и в школе еи? понравилось. И играть она научилась не только на домре, но и на фортепиано. Научилась слушать классическую музыку, петь в хоре и играть в оркестре. И это еи? очень даже пригодилось, образовало ее? и дало мировоззрение.

Но не это оказалось главным в то время для нее?.

Тогда, на уроках игры на домре, она впервые увидела девочку Люсю Эи?т. Она училась у того же педагога, только годом старше.

Прошло столько лет, но она и сеи?час не может сформулировать что так поразило ее? тогда в этои? сверстнице. Ведь они ходили в однои? школьнои? форме, к одному педагогу, учились играть на одном и том же инструменте.

Но в этои? Люсе Эи?т… именно так, с фамилиеи?. Она не была просто Люсеи?. И не могла быть. Только Люсеи? Эи?т. фамилия была загадочнои? и страннои?. Для нее звучала как титул.

В Люсе Эи?т было что-то такое, что разделяло их пропастью.

И коса заплетена была также, и платьице с передником. Ан нет. Коса украшала ее? бледное лицо, как корона. Светлые волосы очень сочетались с темными огромными глазами. И щеки были чуть впалыми и придавали лицу незнакомыи? нам, дворнягам, аристократизм. Все в неи? было утонченным. Даже медиатр, которым она играла, казался драгоценностью в ее? тонких, необычаи?но чистых для этого возраста, пальцах. Вся она была в каких-то незнакомых моему детству, подробностях.