Теннисистка

Свободного времени у тебя станет больше, с деньгами станет лучше. Ну что тебе еще надо?!

Кротов ничего ей не ответил. Вместо этого он крикнул:

– Залезайте быстрей! Маша, ты ракетку забыла, она на скамейке лежит. Давайте, давайте, быстрей отсюда! Ух, сколько вас набилось, как сельди в бочке. Нарвемся на гаишника, худо будет. Все, поехали!

В этот момент руководитель, который до этого пытался уговорить Кротова, заорал не своим голосом:

– Антон! А ты куда? Ты что, с ним едешь? Я запрещаю, ишь чего выдумал!

Худенький, белобрысый подросток, со спортивной сумкой через плечо обернулся на этот окрик и спокойно ответил:

– Владимир Александрович, я хочу в теннис научиться играть, а лучше чем у Андрея Владимировича этому ни у кого не научишься, до свиданья.

Скрипучие дверцы "Запорожца" захлопнулись, заурчал мотор. В тот день они тренировались, бог знает где – в какой-то хоккейной коробке. Натянули сетку от борта до борта и играли до полной темноты.

Брак с Татьяной распался сам собой, как-то тихо и незаметно, причем не по инициативе Кротова.

У нее тренировался мальчик, отец которого был то ли художник, то ли архитектор, а самое главное, он был вдовцом. Одним словом, это был свободный человек и куда более обеспеченный, чем теннисист-неудачник. Кротов не возражал, детей у них не было, развод прошел буднично и без всяких эксцессов.

Шли годы. В жизни Андрея мало что менялось. Образ неподвижного болота часто преследовал его. Когда стало полегче с поездками заграницу, он решил на "халтурные" деньги махнуть в Швецию.

С одной стороны -недалеко, а с другой – как никак – родина великого теннисиста Бьерна Борга.

С тургруппой расстался очень быстро. Под Стокгольмом нашел теннисный клуб. Приняли Андрея там хорошо, его вспомнил кто-то из теннисистов-эмигрантов. Дали поиграть в ветеранском турнире, увидели, что игрок он неплохой, затем предложили встать на подкидку с детьми. За это поселили в какой-то сарай, в котором вместе с Кротовым проживал огромный, синий глобус. Вечерами после тренировок он медленно крутил его, но рассмотреть толком ничего не мог, из маленького окошечка в углу сарая проникало слишком мало света, лампочка была вывинчена – экономия.

Шведские мальчишки и девчонки часто, украдкой от родителей, запихивали в сумку и карманы Кротова конфеты. Руководители клуба сразу поняли, что он отменный тренер, скорее всего, от Бога и что к нему тянутся дети и любят его. К своему шведу не идут, а к русскому – с удовольствием. Вот такая загадка.