Тьма знает

Возвращаясь в гостиную, он заглянул к внукам, но они крепко спали, и он снова закрыл дверь в их комнату.

– Да, сейчас идет похолодание, – произнес он, усаживаясь рядом с женщиной и подавая ей чашку с кофе.

Кофе был не горячий, она взяла чашку, залпом осушила ее и отдала обратно.

– Хотите вторую? – спросил он.

Она кивнула. Конрауд снова сходил на кухню, принес кофейник и бутылку и поставил перед женщиной. Она налила в чашку немножко кофе, остаток долила водкой и выпила половину. Затем она допила.

Конрауд терпеливо ждал.

– Ему было всего девять лет, – начала она, когда наконец согрелась. – Мы были очень бедными. Ютились в подвале в районе Хлидар[12 - Район Рейкьявика возле Эскьюхлид.] и целыми днями играли на улице. Шлялись по тротуарам, гоняли в футбол на Кламбратуне[13 - Большой луг через дорогу от Хлидар. (Сейчас на нем размещается музей художника Кьярваля).] и часто ходили играть на Эскьюхлид. Для нас, детей, там было очень интересно. Ну, понятно: остатки британских укреплений времен войны, каменоломня и лес.

Все это… и на вершине холма цистерны… это был прямо-таки сказочный мир.

– Я их хорошо помню, – ответил Конрауд. – Они были выкрашены в белый цвет. И под конец они не очень-то улучшали вид города. Да они никогда его и не улучшали.

– Нет, и как раз в то время их и снесли, а потом возвели новые, а наверху соорудили Пертлу[14 - Пертла («Жемчужина») – стеклянный купол наверху цистерн, в котором размещается ресторан и смотровая площадка.

(Впоследствии так стали называть все это строение.)].

Говорила она очень тихим голосом и как будто старалась произвести хорошее впечатление, хотя была не в силах скрыть, что ей хочется водки. Конрауд определил, что ей где-то около сорока, хотя на вид она казалась даже старше, ее худые пальцы цепко держали чашку, ногти были неопрятные, и под ними было черно.

– Ему было всего девять лет, – повторила она.

– А что же такое он увидел?

– Он не понял, что это может быть важно.

Тогда – еще не понял. Он ничего не знал про это дело. Ни про Сигюрвина, ни про то, что вы расследуете. Совсем ничегошеньки. Он был еще ребенок. И лишь через много-много лет он услышал об этом и понял, что видел что-то, что с этим связано. Он начал собирать информацию об этом деле, читать. Тогда ему должно было исполниться тридцать, с тех пор, как он играл у цистерн, времени прошло уже много. Так много, что ему начало казаться, что это все фантазия или сон.