Последняя исповедь Орфея

 – на этих словах он подал мне бутылку, а сам взялся, за два кухонных стула, разрушая забор, которым был окружен обеденный стол.

Лоджия представляла из себя просторное помещение с оштукатуренными стенами, белоснежным потолком и ковром на полу, чтобы не ходить по голому бетону. Примерно так я представляю себе лимб, в котором, быть может, когда-нибудь и окажусь. Надо сделать себе заметку «при возможности обязательно сравнить ожидания и реальность».

Кедо вынес стулья, мы уселись и начали молча смотреть на вид, открывающийся с балкона.

Все, что здесь было – это гаражный кооператив из серого кирпича, позади которого виднелись размытые дымовые трубы ТЭЦ, протыкающие грязную небесную гладь. Приметить отдельные детали не представлялось возможным, все было примерно одной цветовой палитры, из-за чего разные сооружения сливались друг с другом, создавая доколе невиданные конструкции, смысл и функции которых останутся тайной для каждого, кому удалось их увидеть и оставить в своей памяти.

Кедо начал нервно постукивать по стакану – сигнал о том, что он хочет сообщить мне что-то важное для него.

Из-за своей тактичности он вынужден привлекать внимание подобными намеками, оставаясь в ожидании первого слова собеседника, которое послужит для него приглашением к началу диалога.

– Ты что-то хочешь мне сказать? – я начал без лишних предисловий. – если да, то я во внимании.

– Я? – удивленно произнес Кедо, делая вид, что инсинуаций последних минут не было. – ну, у меня есть новость. Для меня важная.

Сделав знак рукой «продолжай», я принялся за вермут.

– В общем, мы с Геллой не так, чтобы прям давно вместе…

– А сколько? – отлипнув от стакана спросил я. Мне действительно было интересно узнать точную цифру для того, чтобы немного нормализовать рассинхронизацию своего внутреннего времени со временем действительным.

– Около двух с половиной лет. В общем, не знаю, может быть тебе покажется это безрассудным, но я принял решение сделать ей предложение в новогоднюю ночь. У меня есть еще полгода для полновесного обдумывания своего решения, но не думаю, что что-то изменится.

Он посмотрел на меня в ожидании реакции. Был ли я удивлен? Нет, как только Кедо начал свой монолог с предельно клишированного вступления, для меня уже все стало ясным. Да и решение это крутилось в воздухе в течении последнего года. Из-за этого мое лицо было абсолютно безэмоциональным и отрешенным.

– Поздравляю.

Кедо нахмурился, но в его глазах появился лукавый блеск.