Другая жизнь

У Толи сердце, у меня сердце!

Пониже (тяжело глядит на Длинного). Собака, Костя, ты знаешь, что такое собака?

Длинный. Собака, Константин, это друг человека!

Пониже. Какого человека?

Длинный. Человека, Толя… Ну, человека… Чего не понятно?

Пониже (тяжело глядит на Длинного). Чего ты в этом понимаешь, Пачкун?

Длинный. А чего, не правда, скажешь? Толя, не правда, скажешь?

Пониже. Ты меня не зли. Лучше будет. У тебя в каждой ноздре по правде и ты ими сморкаешься налево и направо – где хочешь.

Длинный.

Ничего себе заворотики…

Пониже. Я тебя сколько лет знаю – а на собаку не променяю.

Длинный. Я же за тебя, Толя!

Пониже. Может, все? (Тяжело глядит на Длинного.)

Длинный. Ну, все-все…

Пониже. Все или не все?

Длинный. Все, я сказал!

Пониже. Поори у меня. (Косте.) Костя, я тебе скажу: я бы тебя и пальцем не трогал, не то что ногой. Если бы ты Дездемона до слез не довел – я бы не так ярость переживал. Не первый год знакомы, чего там… Всякое бывало, ты меня знаешь.

Длинный.

Дездемон – настоящий парень! Верно, Толя?

Пониже. Неверно. Дездемон – знаешь, кто? Я только влезаю в дверь – он ко мне и хвостом… Знаешь, как может хвостом? Я тебе покажу: вот так! (И показывает, как Дездемон умеет хвостом.) Видал?

Длинный. Что ты, Константин! Так умеет хвостом!..

Пониже. И в щеку меня, понимаешь… Щека у меня – сам видишь… (Сплевывает.) И вот в это он – язычком… Костя… знаешь, как мне хорошо?

Длинный. И меня один раз лизнул!

Пониже. А потом телевизор мы с ним… Костя, двое нас, Костя…

Длинный.

Трое.

Пониже. И он, сукин сын, я тебе скажу, все понимает!

Длинный. Что ты, такая псина!..

Пониже. С ним я, знаешь… (Око левое и око правое у него

наполняются, вот-вот прольются.) Мне бы, может, и жить-то, знаешь… Ну, для кого?.. А с ним я – живу…

Длинный. Толя… (Пытается успокоить друга.) Что ли, кончай, Анатолий… Слышишь меня?.. (Косте.) Видал, чего наделал?

Константин. Братцы, я не хотел… Он сам мне штаны порвал, как будто я этот…

Длинный.

Константин, обижаешь! Ты что, брат? Неужели, думаешь, мы с Анатолием тебе уже штаны не купим? Обижаешь, честно! Верно, Толя?

Константин. Да мне штаны не так… Мне обидно сделалось, что каждая какая-нибудь собака может тебя за задницу, а ты ей за это ничего…

Пониже. Эх, Костя, я тебе скажу: Дездемон – не каждый. Это мы с тобой каждый, а он… Дездемон – знаешь…

Длинный. У него душа есть!

Пониже. Да!

Длинный. Все понимает!

Пониже.