КИФ-5 «Благотворительный». Том 4 (в двух частях) «Для мудрых», часть 2

Дежурный серафим, понукаемый принципалом первого ранга, рассылал стратисов – из хора отвлекать было больше нельзя, оставались только михайловы ребята:

– Во-первых, точную картину! Единственный ли прецедент. Или были ещё брачные связи между питеками и объектами эксперимента. Между объектами и нашими. Лётом марш!

Улетали с осиным жужжанием. Маховик принятого решения раскручивался.

Через пару-тройку дней, когда у Адама на усадьбе уже устали от смерчей, от голосов, от похоронных хлопот и разговоров, в ворота вошёл осёл, погоняемый женщиной.

Женщина шла рядом и была закутана в плащ с головы до ног. А у осла по бокам были приторочены две корзины, и в них сидели два ребёнка. Такие маленькие, что ещё не умели говорить.

Её провели к огню, дали лепёшек и похлёбки. Малышам тоже. И она сказала:

– Я Белевира, жена Авеля. А это наши дети Ниссон и Шифра. Где мой муж?

– Случилось несчастье…

– Как будет с наследством? – и это было первое, что спросила Белевира после того, как главное и самое тяжёлое было рассказано.

Илона внимательно посмотрела ей в лицо. А потом, так же внимательно, на ребят. А потом попросила Еву помочь ей принести в дом воды.

– На неё дети не похожи. И всё время молчат. Да и есть не стали, – сказала она, когда они с Евой остались вдвоём. – А на Авеля?

– Нет, – помедлив, сказала Ева.

– Ты поняла, мам? Ей не нужно ни стадо, ни земля. Ей нужно наше горе. Это не человек, это посланница… из моих собратьев.

Они, – и кивнула на небо, – хотят наказать нас всех за то, что мой муж живёт со мной и с Миррой, что у нас большая семья и все дружат.

Ева нахмурилась, а глаза блеснули так, как будто сейчас ударит молния. Но не успела ничего сказать. Илона продолжала:

– Если она сделает вам с папой что-нибудь плохое, я уйду.

– Ты с ума сошла? А как же Каин? На него и так клевещут – так теперь ещё и это на бедную голову!

– Мы уйдём вместе.

И лицо у Илоны стало такое, что Ева поняла: спорить бесполезно.

Ангелов на своём веку навидалась во всех видах, и уж точно знала: если у ангела делается лицо, как блеск Луны или Солнца – разве что от дохлого осла уши получишь.

– Половина стада в любом случае ваша. Если что, если я к тебе приду такая же нищая, как сюда пришла из Сада…

– …то наш с Каином дом – ваш дом! – закончила Илона, и сверкали её глаза, как Луна в самую ясную ночь полнолуния.

И они ушли.