Волшебный сундук. Сборник рассказов

– Да тебя надо пристрелить, эта тварь убивала наших людей, а ты её выпустил! -,направляя ружьё в мою сторону, кричал Вади.

Не знаю, чтобы произошло, но старший на ферме прервал Вадима окриком:

– Отставить стрелять в нашего гостя!

Вадим, убрал оружие за спину, но уверенности что он не воспользуется им, у меня не было.

– Я из бункера, пришёл к вам в работники записаться!

Так, по простецки, обратился я к старшему фермеру.

– Сперва убей тварь, а там и подумаем стоит ли давать тебе работу!?

– Дадите оружие, и я мигом завалю её!

– Хорошо, я распоряжусь выдать тебе оружие, хотя и твоё не плохое, но на эту тварь надо с дробовиком! – сказал старик с негодованием.

Он приказал свои людям выдать мне двустволку и бронежилет. Из разговоров фермеров я понял, что старшего зовут Глебом, а ферма существует уже как пять лет. Живут торговлей и хозяйством: различные культуры, брамины, и вепрей, которые от радиации «слегка» видоизменились.

Дробовик был хорошим, ещё старинным, но стрелял точно, такие уже лет сто не делают.

(Передо мной его проверили, показав эффективность на мишени)

Оставив на хранение у Глеба рюкзак, я пошёл избавляться от твари, едва не убившей и меня недавно. По спине прошёл холодок, после того как я снова увидел эти впалые чёрные, как сама бездна, глаза, благо она меня не заметила, а просто пролетела над кустами. Кусты, над которыми она пролетела, почернели и от моего прикосновения рассыпались в прах. В эту минуту я понял что дать к себе прикоснуться равносильно самоубийству.

Всё тело дрожало, мне было страшно, и не так как боишься опоздать на встречу, а по-настоящему страшно. Страх часто помогает нам, вот и мне он помог собрать остатки сил и вглядеться в темноту. Детский смех стал слышен всё отчётливо, рука сама потянулась к оружию. Тварь пролетела неподалёку, оставив за собой чёрную полосу мёртвой травы и кустов. Я развернулся и достал фонарик, так как время было вечернее и видеть вокруг было сложнее.

– Ха, ха, ха! Ты заблудился?

Звонкий детский голос звучал всё отчётливее.

Взведя, ружьё я выстрелил, но дробь пролетела мимо. Тварь пролетела рядом со мной, едва задев одежду, которая тут же, почернев, рассыпалась.

Я снова зарядил оружие и выстрелил, в этот раз почти попал. Тварь снова кинулась в мою сторону, руки дрожали, но собрав всю волю в кулак, я выстрелил снова.

Пробитое кучкой дроби, чёрное тело, стало рассыпаться, я едва успел сфотографировать её.