Крылья над бездной

Аркхурн был для нее неистощимым живительным источником, солнцем, осветившим темный лабиринт ее жизни. Вот бы хоть раз, хоть ненадолго приблизиться к нему…

Однажды, вернувшись с охоты, Утантхара подошла к ней и отвела в сторону.

– Поначалу я думала, что ты надолго у нас не задержишься. Все так думали. Когда я вернулась после первой охоты с тобой, я сказала Аркхурну, что от тебя толку не будет. Знаешь, что он мне ответил?

Нкхау сглотнула и молча помотала головой.

– Он сказал, что ты не просто станешь одной из нас.

* * *

Через несколько дней как гром среди ясного неба грянуло известие, что вожак покидает племя.

Пока Аркхурн произносил прощальную речь, Нкхау остекленевшими глазами смотрела в одну точку, отказываясь верить в происходящее.

Вскоре собрание закончилось, и мнерхи начали расходиться. Только Нкхау так и осталась сидеть на месте, не понимая, что ей делать дальше.

Внезапно налетевший холодный ветер больно хлестнул ее по лицу.

Мнерхи побежали прятаться. Дождь превратился в настоящий ливень. Нкхау тоже поспешила к своему убежищу, но его ветхая крыша не выдержала напора льющейся с небес воды. Лишившись укрытия, Нкхау заметалась.

Аркхурн неподвижно стоял посреди опустевшего стойбища и смотрел на нее.

– Нкхау! – позвал он.

Она остановилась и, дрожа, посмотрела на вожака.

– Иди за мной, – сказал Аркхурн.

* * *

Он устало прислонился к дальней стене пещеры, а Нкхау сиротливо присела у входа. Она и мечтать не могла, что когда-нибудь окажется в его жилище.

– Подойди, – велел Аркхурн.

Нкхау несмело приблизилась, озираясь по сторонам.

– Садись, – вожак похлопал рядом с собой по застеленному звериными шкурами полу.

У Нкхау зуб на зуб не попадал от холода и волнения. Гостья присела возле Аркхурна, и он накинул на ее плечи толстую меховую шкуру, легонько прижал к себе.

Снаружи грохотало так, что уши закладывало. Ненастье отгородило их от остального мира сплошной непроницаемой пеленой дождя. Но даже если бы сейчас трещавшее по швам небо обрушилось на содрогающуюся землю, Нкхау и глазом не моргнула бы. Так ей было спокойно и уютно.

– Согрелась? – спросил Аркхурн.

– Да, – тихо отозвалась Нкхау и грустно улыбнулась.