Крылья над бездной

– И что мне делать? – спросила Нкхау.

Старик мечтательно смотрел вдаль, болтая худыми загорелыми ногами.

– Делай что хочешь, – с улыбкой ответил он. – Это твоя жизнь.

Глава шестая

Брунн

Сдвинув брови, Брунн уже час наблюдал за тем, как Киан и Нкхау дурачатся в стороне от всех, не отрываясь друг от друга ни на секунду. Старейшина сидел рядом, подставив морщинистое лицо тускнеющим лучам заходящего солнца и, казалось, мыслями был где-то очень далеко отсюда.

– Интересно, – после длительного молчаливого наблюдения произнес Брунн.

 – Когда это закончится?

Старейшина усмехнулся и посмотрел на соплеменника.

– Уж не ревнуешь ли ты?

– Ревную? Я? У меня забот хватает. Скажешь тоже, – буркнул он, усаживаясь поудобнее. От долгого сидения у Брунна затекла спина. – Киан совсем расслабился. Вот когда он в последний раз ходил в дозор?

– Оставь их, – махнул рукой старейшина.

– Я все понимаю, но это уже слишком, – не унимался вожак. – Они же ничего не видят и не замечают вокруг себя.

 – Брунн сделал короткую паузу, видимо, подыскивая доводы поубедительнее, и наконец выдал: – Да и к тому же это небезопасно! Нельзя в наше время терять бдительность.

– Счастливых людей не смущает чужое счастье, – сказал старейшина. – Просто они есть друг у друга. А у тебя есть только я, старый трухлявый пень.

Брунн добродушно расхохотался.

– Это хорошо, что ты у меня есть, Сахо.

– Тебе нужно отдохнуть. Позволь себе это.

– Отдохнешь тут. И кто же поведет племя? Может, они? – Брунн кивнул в сторону воркующих влюбленных.

Лицо старейшины вытянулось и сделалось серьезным. Заметив эту перемену, Брунн перестал ухмыляться и испуганно замер.

– Может, и они.

Брунна точно хватил бы удар, если бы в следующую секунду он не увидел, что глаза старика смеются, а губы готовы растянуться в улыбку.

– Да ну тебя с твоими шутками! – отмахнулся он, поднимаясь под веселый смех старейшины.

Все еще бурча что-то себе под нос, Брунн зашагал по стойбищу и чуть было не споткнулся о малыша, кинувшегося ему в ноги.

Мальчик лет четырех, с темными кудряшками, обхватил его ноги ручонками и, запрокинув голову, гримасничая, снизу вверх смотрел на него большущими карими глазами.

Брунн легко подхватил его и забросил к себе на шею. Взвизгнув от восторга и испуга одновременно, ребенок вцепился в его густую шевелюру. Мужчина осторожно взял его за крохотные пальчики и растянул тонкие детские руки в стороны подобно крыльям.