Эпсилон

Просто он не умел разговаривать нормально. Да он вообще не умел разговаривать. По его роже было понятно, что он умел только трёкать, когда толкал севшую машину какого-нибудь братишки, базлать, когда играл в футбол с братвой, и качать, когда участвовал в разного рода качелях на работе и не только.

Ехать до этого клуба от нас было минут пятнадцать на автобусе и минут сорок пять или чуть больше, если идти пешком. Туда мы всегда доезжали, а вот обратно любили пройтись пешком, завершая вечер ночным моционом, разговаривая на любые темы.

И хотя не секрет, что гуляния по ночам могут закончиться плачевно, нас это не пугало, потому что мы как раз относились к той категории молодых людей, которых советуют опасаться. Вернее будет сказать – выглядели, но это никакого значения не имеет. Не писать же у себя на лбу, что мы не те, с кем имеем разительное сходство.

Вообще-то Гаста имеет. Я – нет.

Мы сели в автобус.

– Ну что ты грузишься, натяни лыбу, задница! – не успокаивался Гаста.

– Что, натянуть лыбу на задницу? – я не расслышал, что он сказал.

Гаста с серьёзным видом подозвал меня к себе жестом, я наклонился ухом к его рту и чётко услышал: «На хуй иди», засмеялся и подсунул ему фак под глаз, он отмахнулся.

– Если бы я был педиком… – начал Гаста.

– Ты и есть педик, – перебил я его.

– Это я, – кивнул он.

– Я тоже педик.

– Да! – не стал спорить со мной друг. – Но если бы я ещё с собой и зеркальце носил…

– А ты не носишь? – я снова его перебил.

– Нет, – он отрицательно покачал головой.

– Да ты – грязный педик, раз не носишь с собой зеркальце.

– Это тоже я, да.

– И я ещё тоже грязный педик, – сказал я. – А я ношу.

– Так вот и посмотрись в него! – воскликнул Гаста. – И увидь в отражении няшную зайку и сладкого мальчика. Я уверен, только мы зайдём внутрь, все тёлочки на тебя обратят внимание, а потом сойдут с ума и растащат тебя, как чайки рыбу. Только мне двух оставь, я хочу ещё разок попробовать групповушечку.

– При таком раскладе я тебе, так и быть, даже четверых оставлю, – расщедрился я, – чтобы ты ещё два раза попробовал групповушечку или один раз четверушечку.

– Ой, спасибо тебе, братик! – обрадовался Гаста. – Кстати, мы с Маской, в прошлый раз когда пошли…

– Маска ещё жив?

– Ну да, а чего ему будет-то?

– Да с его образом жизни ему уже прогулы на кладбище давно ставят.

– Это всё хурма. Ты отказался идти, я позвал Маску.

– Как ты с ним туда прошёл?

– Ксюхан провёл.