Часть пути

Я появился в аудитории последним, почему?

– У нас были сомнения по поводу твоей решимости, твоей аномальной смелости, а еще мне казалось, что ты слишком похож на Энрике, не хотелось, чтобы ты повторял его судьбу.

– Кто такой Энрике?

– Скажем так, это человек, который неправильно использует возложенные на него полномочия.

– А разве так можно? Почему его тогда до сих пор не устранят?

– Потому что он слишком хорошо знает радуш и своим поведением и даже темными делами все равно держит баланс сил. Не вызывает дисгармонии, грамотный, но злой.

– Понятно, а мысли тоже научите читать?

– Зачем? Зачем читать чужие мысли, если вы и так видите их результат в каждом из людей? Изучите его картину мира. Все, что происходит, хорошее и плохое, идет от его внутреннего содержимого, переживаний, мечтаний – мыслей! Боже, давай уже начнем рисовать.

– Чем, кисточкой? Ладно. У меня тут дети окно разбили пару минут назад, можно его залатать?

Синяя шляпка на моем плече заметно воодушевилась.

– Отлично, давай, отредактируй, используя силу своей души.

Кристофер сосредоточился на разбитом стекле, и в его видении появилась клепсидра, которая начала отмерять время. Пока оно шло, из руки парня вышла такая же, но только светло-синяя конечность, прямо как у всех на той лекции по радушу, и начала восстанавливать стекло как по волшебству. Время в часах полностью перебежало, и клепсидра исчезла.

– Отличная работа, – хвалила Диана. – С чего-то нужно начинать.

Синяя конечность соединилась с его собственной воедино.

Кристофер в ужасе схватился за голову и свалился на диван. То, что сейчас произошло в этой комнате, вряд ли можно было назвать тем, что он ожидал после звонка по номеру на визитке. Под окном только и осталось мокрое пятно от косого дождя, никаких осколков тоже не было. Голова миссис Дианы по-прежнему летала над его правым плечом.

– Давай продолжим изучение юксита.

– Как, как у меня это получилось? Диана, ответьте, почему вы выбрали именно меня?

– Ну, во-первых, не зазнавайся.

Как ты мог заметить на лекции, ты не один такой художник. Из новобранцев вас целых двадцать семь человек, и, напомню, тебя взяли последним. Так что не обольщайся.

– Так что за принцип отбора?

– Я же говорила. Мы выбираем смельчаков. Смелых! Людей с аномальной смелостью и полным отсутствием страхов и сомнений. Безбашенных, если угодно. Такие люди могут просто поверить в происходящее и легко начинают менять его ход под любым необходимым углом.