Девчонки, погоны – 1. Парад

 – Ты постоянно избегала меня, а я все никак не мог понять, что у нас с тобой на самом деле происходит…

Не отвечая ему, гостья уверенно прошла в гостиную, включила телевизор, прикрыла штору, повернулась к Шпаку:

– Давай, немного помолчим…

Заняв свое любимое местечко в глубоком кресле, Леся на миг зажмурила глаза, наслаждаясь и нежась в воспоминаниях, потом резко выпрямила голову и требовательно попросила:

– Покажи мне документы!

Удостоверившись, что майор не солгал, сказал ей чистую правду, Леся какое-то время собиралась с разбежавшимися в разные стороны мыслями.

Подняв глаза, она покачала головой:

– Господи, как же нескладно у нас все с тобой вышло! Я же могла полюбить тебя, Грач! Неправда, я же тебя полюбила! Я влюбилась в тебя, как наивная девчонка! Я ног под собою не чуяла! Я летала, я парила! Я ждала каждой новой нашей встречи! Я жила от встречи до встречи! Я так, Грач, обрадовалась, когда узнала, что жду от тебя ребенка! Я так была счастлива! И тут ты сказал, что едешь в Ирак, и все…

– Ты же прекрасно знаешь, что я не мог отказаться… – был тих и тактичен мужской голос.

– Ты все мог! – встала женщина резко, как до предела сжатая пружина. – Ты поехал вместо другого человека!

Голос Макса почти не изменился, лишь чуточку усилился:

– У того человека было трое детей. У него болела жена…

– У всех кандидатов вдруг нашлись веские причины для отказа! – простонала Штерн, сжимая свои виски. – У тебя ни одной даже завалявшейся зацепки не нашлось! Ты и не попытался!

– Прости меня, Леся, прости! Я не знал, Леся, что ты ждешь нашего ребенка! Черт! Я же ничего не знал! – зазвенел отчаянием мужской голос.

– Ты должен был сам догадаться! – выкрикнула Штерн.

– Прости меня, Леся, прости! – стих голос Макса.

Гостья упала в кресло, закрыла лицо ладошками:

– Ты уехал. Вскоре вернулся Штерн. Он великодушно сделал вид, что это его ребенок. А потом…

Шпак все окончательно понял.

Они стали жертвой обстоятельств. И теперь уже ничего не вернуть. Столько всего за прошедшее время случилось, что их в одночасье разладившиеся отношения уже никак и ничем не восстановить.

– Я виноват перед тобой! – опустился Макс перед ней на колени, взял ее ладошки в нежный и чуткий замок.

– Ладно, мы забудем все наши обиды. Перевернем страницу, – выдохнула Штерн грустно. – Надо нам жить дальше…

Соглашаясь с ее словами, майор кивнул головой.