Девчонки, погоны – 1. Парад

– Ладно, Грач, вопрос к тебе не по существу нашего дела… – посмотрела гостья на него с загадочным прищуром в глазах.

– Спрашивай…

– Горячая вода в кране у тебя идет?

– Идет. А что? – моргнул майор озадаченно.

– У нас третий месяц нет горячей воды… – пояснила Леся. – С твоего разрешения я попользуюсь твоей ванной, раз уж я тут у тебя сижу. Совмещу приятное с полезным…

– Нет проблем! – улыбнулся Макс. – Ты же знаешь…

Прошло, наверное, томительных тридцать минут. Из ванной до него донесся призывно звонкий голосок:

– Грач, как насчет того, чтобы немного потереть спинку одной сильно несчастной и очень одинокой женщине?

– Нет проблем! – вскочил Макс с кресла.

Он этого напряженно ждал, и он этого дождался…

То и дело Ивкин порывался вскочить и побежать туда, где наивная простушка нежилась в огромной ванне. Но он хорошо понимал, что своим необдуманным порывом может все испортить. В его извращенную головку закралась крайне интересная мысль. Ему захотелось превратить ужасно наивную и простоватую девицу в свою послушную игрушку, всегда доступную и услужливо уступчивую.

– Живут же люди! – прикрыла Машка от удовольствия глаза, с головой нырнула под воду.

За всю ее короткую жизнь она еще ни разу не бывала в столь прекрасном доме. Да и что она, собственно, могла видеть, живя на небольшом хуторе, вдалеке от настоящей жизни.

Ветхая саманная хата с земляным полом вошла в ее жизнь с самого ее рождения. В жалкой лачужке маленькая девочка научилась ползать, затем встала она на ножки.

Единственная на несколько сел школа находилась от них в семи километрах, а потому учиться малышка пошла в восемь лет.

В третьем классе девочка сильно простудилась, когда она по пояс ухнула, провалилась в прикрытый снежным сугробом студеный ключ. Машенька долго болела, сильно отстала от своих сверстников, и ее оставили на второй год.

– На хуторе мы все мылись в ржавом корыте… – вспомнила о тогдашних удобствах жизни и вздрогнула девушка.

Ей стало не по себе от пришедшей в голову мысли, что если бы их хата случайно не сгорела бы от пожара во время пала травы, то они, наверное, никогда не переехали бы жить в большущий город, до сих пор мыкались бы на хуторе.

– Ладно еще… тетка приютила нас! – вздохнула Машка.

Ей все время казалось, что их родственница едва-едва терпит всю их ораву, нежданно-негаданно, как снег на голову, свалившуюся на городскую жительницу.