Проект Стокгольмский синдром

Только она собралась что-то мне сказать, но нас прервали, постучав в дверь гримерной, мы все уставились на того, кто там стоял и наблюдал за нами. Авраам. Лариса мгновенно отскочила от меня, опустив голову, чтобы ее взгляд никто не сумел разоблачит. Но атмосфера в помещение говорит сама за себя, стоило только внимательно приглядеться к каждой из нас.

Отец сделал пару шагов вперед, затем встал напротив моей обидчицы, приподнял ее подбородок, внимательно осматривая лицо девушки, цыкнул, проводя ладонью в нежном прикосновении по шее, а затем огибая ее в крепкой хватке.

– В моей команде не должно быть драк, – голос отца абсолютно спокойный, но такой обманчивый. На самом деле, Лариса стала корчиться от боли, так как Авраам, начал сжимать ее тонкую шею, практически душит, не давая глотнуть воздуха. – Еще раз увижу – вылетите все, – он окинул взглядом каждую из нас, останавливаясь на мне, а потом отшвырнул девушку от себя, как ненужную вещь, развернулся и вышел легкой непринужденной походкой из нашей гримерной, показывая на часы, что мы уже опоздали на выступление всей труппы.

Лариса кое-как восстановила свое дыхание, но голосовые связки все-таки пострадали, потому как сказать хоть слово ей дается с трудом.

– Сучка, – хрипит, а затем поднимается на ноги и надевает свою юбку. – Ты об этом пожалеешь, – угрожает, но я игнорирую.

– Ларис, ну что ты в самом деле, – Яна стала на мою защиту, но тут же получила от той хорошую пощечину.

– Заткнись, – наставляет указательный палец на нее, когда я загородила собой Яну, не давая Ларисе шанса проявить агрессии еще раз.

 – Ненавижу тебя, – ее всю трясет, когда произносит эти слова, потом вылетает первой из гримерки, оставив нас троих в некотором шоке.

– Какая муха ее укусила? – Яна держится за щеку, но с паникой на глазах глядит на меня.

– Я не знаю, – пожимаю плечами, озадаченная поведением Ларисы. Мы не подруги тут, а коллеги, и так себя вести может только тот человек, который чего-то не получил, того, что могли пообещать. Собравшись с мыслями, я отодвинула в сторону нашу некоторую недомолвку между собой.

Сделала несколько глубоких вдохов, настраиваясь на нужную волну, и затем ступила на сцену, выполняя свои выученные элементы под такт музыки. Все затаили дыхания, когда я приступила к пируэтам, один за другим исполняла их так, как никогда, и даже лучше. Словно стала вмиг окрыленной и исполнение роли показалось совершенно с другой точки зрения, будто я переместилась в настоящую реальность.