Дневник Дракулы

На одном таком пакете, я заметила написанную масляной краской цифру «1», пониже был приклеен кожаный ярлычок с выходными данными книги: 1473, «Cronica Hungarum», Бyда, типография Андраша Хесса. Я не стала совать свой любопытный нос внутрь фолианта, потому как помнила о существовании особых правил обхождения с предметами древности. Соблазн был велик, но остатки разума упредили меня от возможной глупости. Не исключено, что это первая печатная книга Венгрии, а, следовательно, ценность ее безмерна, и лапать это сокровище без специальной подготовки – идея не лучшего сорта.

Телефон кипел. Уставший и слегка раздраженный голос медсестры вернул меня в реальность.

– После десяти часов бессознательного состояния Людвига Кирсановна пришла в себя. Видит, слышит, реагирует глазами, но лишена пока движений из-за кровоизлияния в левом полушарии. Речь нарушена, издает нечленораздельные звуки. Временами ее охватывает беспокойство, лицо искажает гримаса, будто она пытается сказать что-то очень важное.

Может, вы в курсе ее волнений? У вас дома все в порядке?

– О, да-да, все-все хорошо, – запинаясь, протараторила я. – Наверное, ее мучают галлюцинации. Я аккуратно послежу за домом.

– В принципе мы могли бы сделать вам исключение и разрешить посещение бабушки в реанимационном отделении.

Этого мне хотелось меньше всего на свете. Мой визит непременно вызовет повторный удар по ее одряхлевшим мозгам.

Ночью повторился звонок из больницы.

– Людвига Кирсановна пришла в сознание.

Мы прибегли к помощи алфавитной таблицы. При указании на букву Д она приходит в неистовство. Речь ее пока не восстановлена, но она мычит, пытаясь что-то сказать. Возможно, она подразумевает какие-то фамильные драгоценности или деньги?

– Я не прикасаюсь к ее кладам, если таковые, конечно, имеются в доме, – отрапортовала я медсестре. – Передайте ей, что охранник из меня более-менее приличный.

Что такое «Д»? Оно пока не встречалось мне в анналах ее квартиры-склепа.

Но, если даже и обнаружу, количества моей совести будет достаточно, чтобы оставить бабкины тайны в неприкосновенности. Я, конечно, маленькая бяка, но далеко не последняя сволочь. Все, что я откопала в старушечьих закромах, все, что меня удивило в той или иной степени, никак не начиналось с этой магической «Д»: книги, библиотека, шубы, платья, туфли, сундук с консервами, рояль, скрипка, картины, керамика, чеканки.