Костер в печи

Потому что с детства родители учили ее, что с соседями нужно жить дружно и относиться к ним уважительно. Помогать и почитать. Да и понимала мать Женьки, что соседка ее Елизавета была несчастной женщиной, так как жила без детей и без мужа, со своей снохой Аннушкой. А сноха, овдовев, жила давно с другим человеком. Сын Елизаветы погиб во время Великой Отечественной войны в мае 1943 года. Вот так и жили они вместе – свекровь и сноха с новым мужем. Елизавета относилась к ним как к своим родным. Воспитывала их детей как своих внуков.

Своими детьми сын с невесткой не успели обзавестись до войны.

Серафима ревновала дочь к соседке. Но в тоже время и жалела Лизавету, зная ее трагическую судьбу. Оставалась у нее только одна радость – общение с Женькой и неродными внуками от бывшей снохи, с которой она проживала.

Роковая ошибка

Трагическая судьба Елизаветы началась в 1937 году. В этом году был арестован ее муж Николай Фролов. Они жили в Самаре. Хотя город за два года до этого был переименован в Куйбышев, Самарой его называли все местные жители по привычке.

Муж Елизаветы был священником в одном из старых храмов города. Он был арестован как «враг народа» и отправлен в лагеря без права переписки, как и многие другие священнослужители в те годы.

В тот первый вечер, когда молодая женщина осталась одна, она долго смотрела на своих спящих детей. Старшему сыну недавно исполнилось четырнадцать лет, а малышам было четыре и пять. Женщина долго смотрела на них сквозь призму женской слезы, и ужас охватывал ее: «А как же мы сейчас будем жить?» Этот вопрос стучал в ее голове уже несколько часов и потом часто не давал ей покоя.

Шло время. Но от мужа вестей не было. Прошло еще несколько месяцев. Лизавета ждала своего супруга. Ей казалось, что он должен поговорить с представителями власти и все им объяснить. Объяснить, что он не виновен, что он всего лишь служил церкви и Богу. Она надеялась на то, что супруг будет просить освобождения ради троих детей, которые остались без отца.

Но все сложилось по-другому. По ночам, когда все дети спали, она часто прислушивалась к каждому шороху. Все эти месяцы Лизавете по ночам казалось, что муж вернулся и пытается открыть своим ключом входную дверь. Иногда ей казалось, что он стучит и просит запустить его в родную квартиру. Но это ей всего лишь казалось.

Мысли о том, что ей одной не поднять троих детей, не давали покоя. К ее мыслям прибавились еще и бессонные ночи.