Дети Балтии

Точнее, тебе, – произнес Адам, обняв её.

Анжелика подумала, что нужно немедленно стать вхожей в дом своей подруги. И наблюдать. Можно даже соблазнить графа. А это проще простого. Анжелика впервые возблагодарила природу за подаренную ей внешность. Доротея хороша всем, но у неё грудь как у скелета, бёдра – как у мальчишки, и ноги великоваты – таких редко кто желает. Что ж, княжна будет действовать. И Бонси – так её подруга называет злейшего врага Адама – не заживётся на этом свете.

Вскоре они уже отправлялись в Петербург, чтобы встретиться со своими противниками лицом к лицу.

Зентен, Курляндия, май 1806 года.

Зентен оказался лесным поместьем средней руки. Герб Ливенов на воротах – в жёлто-синем, как шведский флаг, поле две ветви лилий, перекрещенные, подобно шпагам. Лёвенштерн вспомнил, что лилия – знак чистоты и веры. Насколько чисты и набожны эти Ливены, интересно? Он бы не сказал, чтобы эти качества проявились в потомках этого рода чересчур уж ярко.

Граф фон Ливен принял барона у себя в кабинете с задёрнутыми портьерами, уставленным книгами.

Простота убранства была обманчивой. Жанно разглядел это. Ковёр английской работы стоил немало денег, как и гобелены, изображающие сцены соколиной охоты. Над письменным столом висела золотая шпага; Лёвенштерн даже разглядел в тусклом свете, проникающем с улицы, цифры «1794» и надпись «За беспримерную храбрость» на клинке. Рядом со шпагой – мушкет модели, вышедшей ныне из употребления, с длинным штыком. Граф, заметив интерес гостя к оружию, проговорил:

– Да, я не всегда был помещиком.

Затем он открыл конверт, пробежал глазами письмо брата и прочёл вслух последнюю фразу: «Подателю сего раскрыть суть послания при необходимости». Ливен-старший повернулся к окну, резко одёрнул шторы и осмотрел Лёвенштерна с неким выражением сожаления и сомнения в глазах. Жанно снова обратил внимание на руки графа – почти такой же формы, как у его старшего брата, только тот из всех украшений носил обручальное кольцо, а Карл – ещё и опаловый перстень-перчатку, и гербовое кольцо, и золотой обруч с рубинами на большом пальце левой руки.

Нет, этот человек не такой простой. И умеет красиво жить. В кабинете Кристофа на Дворцовой тоже всё красиво – но такое ощущение, что вещи, мебель, обои и картины выбирались без души и долгих раздумий, словно бы начальник Лёвенштерна прибежал в лавку и наспех указал приказчику, что ему нужно. Здесь же очевидно, что хозяин любил вещи.