Ход убийцы. Cобрание сочинений в 30 книгах. Книга 29

Когда Сингер разглядывает свои каракули, спрашивать его о чем бы то ни было не имеет смысла: он перестает понимать собственный текст и сбивается. Дойдя же без приключений до конца, он обычно готов ответить на любой самый каверзный вопрос, поскольку я еще не встречал в жизни более наблюдательного человека. И более внимательного к деталям. Если бы ему повезло присутствовать на вчерашней вечеринке лично, он, я уверен в этом, непременно обратил бы внимание на то, кто, где, когда и как насыпал в салат отраву. Даже если бы Сингер веселился с гостями в салоне, а отраву положили в салат на кухне.

– Кто-нибудь помогал Саре готовить салаты? – спросил я.

– Никто. С другой стороны: пока Сара возилась, кто угодно мог насыпать любую гадость в любые тарелки. В кухне побывали практически все гости – под тем или иным предлогом. Хава предлагала помощь, но Сара ее отвергла. Алон, муж Хавы, заходил, чтобы попросить у Сары еще один бокал – в свой он налил колу. Абрахам заглядывал несколько раз, чтобы перекинуться с кузиной несколькими словами, а его жена Лиора – чтобы забрать у Сары тарелки и поставить их на стол в салоне.

Авигдор и Шуля появлялись в кухне, чтобы в интимной, как они говорят, обстановке, спросить у Сары, не согласится ли она встретиться в конце недели по важному для них делу. Сара согласилась, поскольку отказ был бы неправильно воспринят. По ее словам, Авигдор с Шулей собирались, видимо, просить деньги в долг. Заходил в кухню и Хузман – ему, по его словам, нужна была соль. И наконец, сам Михаэль приходил несколько раз, чтобы помочь жене переносить в салон тарелки. Даже Дорит появлялась, покрутилась минуту и вышла, чувствуя, видимо, отчуждение Сары.

– Поскольку отравились в той или иной степени все, кто ел салат, – заметил я, – то отрава была намешана в еду до того, как блюдо оказалось на столе в салоне…

– А поскольку все, кроме Михаэля, отделались легким отравлением, – продолжил мою мысль Сингер, – то в его тарелку была добавлена дополнительная порция яда, и сделать это можно было лишь в салоне, а не в кухне.

– Да, противоречие… – задумчиво сказал я. – Но в обоих случаях это сделал один человек, согласен? Или ты полагаешь, что убийц могло быть двое, и действовали они сообща?

– Супружеские пары? Нет, чепуха.

– Но положить отраву в тарелку Михаэля проще всего было тому, кто сидел с ним рядом. Если я правильно представил себе расположение, справа от Михаэля сидел Хузман, а слева – Сара.