Поэзия экспрессионизма

Которое наполненное кровью,

И слушать не желает совета твоего.

Но выход я один лишь вижу,

При случаи захвата в плен.

Я выбрав вариант из сотни,

Прощаюсь с жизнью, поднявшись всеж с колен!

Заклятье предка

Не ведом мне людской закон,

И божий мне закон не писан.

Закон лишь чести я блюду,

Который в совесть, кровью вписан!

Но только крепкое вино,

Напомнит стан родного предка.

В ком духе чисто и светло,

И благородства, правды, чести клетка!

Я принял принцип от него, от деда, прадеда давно,

Любить свободу и добро, и риск смертельный за него.

И никогда не потакать, фальшивым мыслям и делам.

Быть смелым, мудрым и лихим,

Уверенным в своем походе, на ратный бой,

С врагом нечистым и больным.

Заклятье предка, я слышу часто, в унисон:

"Не преврати богатство духа, в серебро,

А ясный взор, в христовый крест не преврати".

Ты должен встать с колен уже давно,

И отряхнувшись от пыли вековой,

Надеть мундир, насыпать пороху в ружье,

И обернуться Витязем Руси,

Кто с богом Солнца заодно!

Пролей же кровь свою святую,

На землю чистую свою, убей врага,

Убей злодея, кто проклял Родину твою,

Не пощадил твою Природу,

И плюнул в душу честную твою!

Одинокое сердце

Обречен ты вольным сознанием,

На одиночество, на месть подсознания.

Твое отклонение, причина изгнания.

Нести естество, природы ваяния,

Твоей самовольной судьбы начертания.

Изгнали из города, из церкви незнания,

За дерзость отказа нести покаяния.

Но вот, паранойная мудрость страдания,

Несет в своем сердце огонь возжелания,

Несет сквозь века, сквозь смерти желания.

Дает своим детям жизни величия,

Безумие счастья и волю познания.

Трагичная жизнь, судьбы истязания,

Награда за верность, богов понимания.

"Взорви свою душу", небес восклицания!

И вырви из плоти, ты центр дыхания,

Что кусает и режет тебя изнутри.

Ревнивая дама, не в меру сварливая,

Одинокое сердце, в кулаке ты сожми.

Которое билось в груди, так отчаянно,

И что освещало твой вектор пути.

Забыв ты о смерти, и про риск наказания,

Не принимая на вид, людей порицания,

Рвешь жилы и мысли, до потери сознания,

Рождая на свет вновь идею мечтания.

Но образ героя и благородности мания,

Не даст раньше срока уйти в бессознания!

Невеста

Моя печальная невеста,

В тебе измене нету места.