Не бойся тишины. Грани любви

Густые волнистые седые волосы спадали до плеч, длинные усы торчали в разные стороны, небольшая седая бородка скрывала массивный подбородок. Всклокоченные брови нависали над черными глазами, проницательный взгляд которых периодически буравил гостя и внимательно окидывал всех остальных присутствующих. Одет он был в светлую рубаху с широким неглубоким воротом и многочисленными вставками не то заплатками, не то украшениями и темно-серые шаровары.

– А почему ты спросил про девушек? – после небольшой паузы спросил Михей.

Яков замялся и промямлил:

– Да я… встретил… в рощице, вон там… молодую девушку, кажется, она сказала, что ее зовут Рада.

– Ох уж эта Рада! – недовольно буркнул Михей. – Она что, говорила с тобой?

– Нет, нет, – торопливо ответил гость, – это я спросил, она только ответила… из вежливости, и сразу ушла.

Михей палкой пошевелил ветки в костре.

– Рада моя племянница. Я вроде как присматриваю за ней. Мать ее умерла при родах. Прямо под кибиткой. Ее отец, мой младший брат, ушел на заработки и не вернулся, может, сгинул где, мы не знаем.

Думаю, хотел бы вернуться, вернулся бы, – Михей нахмурился, вздохнул и, помолчав, продолжил. – Вот никак замуж не выйдет. Семнадцать лет уже, а все в девках ходит.

– Разве ж это много? – улыбнулся Яков, – семнадцать лет?

– У нас девочки уходят к жениху с тринадцати лет, иногда даже раньше. Сколько к ней уже молодых парней переходило, все не то, да не этак. Сладу с ней нет. Такая придиристая, никто ей не хорош! А я дурак потакаю.

Жалко ее, растет без матери и отца. Да и кровь родная. Не чужая она нам, – проговорил цыган.

«Надо же, прям как я, когда думал себе невесту найти», – подумал Яков, улыбнулся и прикрыл рот рукой, чтобы никто не заметил.

Михей поднял голову и кинул взгляд на самую дальнюю кибитку.

Гость украдкой посмотрел в ту же сторону и увидел, что занавесь там колыхнулась.

– Вот ужянгле[2 - по-цыгански – хитрая, хитрюга] – подсматривает! – хмыкнул седовласый и быстро пронзил гостя взглядом.

Нахмурившись, он спросил, повысив голос:

– Уж не из-за нее ли ты к нам пожаловал? А, гаджо[3 - по-цыгански – не цыган]?

Яков растерялся. Спаниель тихо зарычал на пожилого цыгана.

– Я… нет… просто шел мимо, вижу дымок, решил подойти поздороваться, – промямлил охотник.

Михей прищурился и, скривившись, повторил:

– Поздороваться, значит.

– Ну да, времена-то неспокойные, – затараторил Яков, – думаю, дай загляну, что за люди, кто такие…

Михей хмыкнул.