Дорога дорог

Чтобы немного отвлечься, я включил телевизор и некоторое время бессмысленно переключал каналы. Однако мысли упрямо возвращались к только что сделанному открытию. Значит, мне эти деньги вовсе не были нужны? Я прислушался к собственным ощущениям. Да, похоже так… И тем не менее, какой-то оттенок недовольства, досады все же колыхался где-то в глубине. Минуты две я пытался понять природу этого чувства и скоро понял. Дело было не в чем-то конкретном, не в том, что меня лишили каких-то жизненно важных благ.

Дело было в ПРИНЦИПЕ! Кто-то влез в мой дом, украл вещь, которую мне подарили, отблагодарив за добрый поступок. Все разгромили, вытащили винчестеры из компьютеров… Я уж молчу, что охранника в офисе укокошили!

Осознав все скрытые мотивы собственного поведения, я почувствовал, что настроение у меня улучшилось, как после хорошо сделанной работы. Это следовало отметить. Я налил себе еще одну порцию джина, на этот раз, правда, добавив побольше тоника и положив едва ли не полстакана льда.

«Да, но зачем они взяли винчестеры? И правда, черт побери…»

В итоге получилось, что я пришел к тому, с чего начал.

«А может, это какие-нибудь психи, увлекающиеся Древним Египтом?.. Мало ли сумасшедших коллекционеров? Египтолог кому-нибудь растрепал… Да и вообще – только через него информация могла утечь. Больше некому».

Вспомнив о том, что собирался позвонить Хохлову, я взял телефон и набрал номер. На том конце долго не подходили, и, когда я уже собирался повесить трубку, в ней что-то щелкнуло, и женский голос произнес:

– Алло, я слушаю.

«Интересно, какая-то барышня, – подумал я. – Выходит, даже египтологам ничто человеческое не чуждо. Хотя кто его знает, может, жена или еще какая родственница…»

– Будьте добры, Евгения Васильевича.

– А кто его спрашивает?

– Это по работе. Он для меня экспертизу делал.

– Евгений Васильевич подойти не сможет, – последовала пауза. – Дело в том, что он умер.

– Как умер? – обалдело пробормотал я.

– Разбился. Упал из окна. Извините, больше ничего сказать не могу.

В трубке раздались гудки.

Несколько минут я тупо смотрел прямо перед собой, не понимая, что происходит. Наконец смысл сказанного дошел до меня, и по коже пробежал озноб.

«Стоп, – одернул я сам себя. – Волноваться рано. Может, это просто несчастный случай».

Однако разум подсказывал, что это не так. И действительно.