Наш сосед Степаныч

Каждый високосный год, в аккурат 29 февраля, мы собираемся на каком-нибудь заводе или мануфактуре и состязаемся, кто лучше сработает.

– Испытания у нас каждый раз новые, – продолжал император, – но вот только беда: правитель ваш нынешний, Сергей Семёнович, заводы в первопрестольной почти все позакрывал, а на их месте домов и контор понастроил. Нормальных станков у вас теперь днём с огнём не найдёшь. Вот мы и решили к тебе в мастерскую явиться, уж не прогневайся.

– А как вы сюда попали – ключи же на вахте были? – с сомнением спросил трудовик.

– Для нас это пустяки, – сказал Томас Эдисон и демонстративно прошёл сквозь стену прямо на улицу, а через пару секунд вернулся, смахивая снежинки со своих седых волос.

– Ну да, ну да, это я как-то не смекнул. А какое у вас испытание сегодня? – спросил Степаныч.

– Это мы скоро узнаем. В полночь явится наш предводитель и выдаст задание, он же будет и нашим арбитром, – ответил Пётр I.

– А предводителем у нас – Архимед, он ведь самый старший. До него был ещё один, который колесо изобрёл, но он уже давно куда-то укатил и к нам больше не является и членских взносов не платит, так что мы имени его решили не упоминать, – пояснил Ломоносов.

– В прошлом високосном году задание было изготовить мясорубку, – прошептал зловещим шёпотом на ухо Степанычу контр-адмирал Можайский, – уж очень старик Архимед спирали всякие любит.

– Соревноваться будем командами по трое, – сказал Пётр Алексеевич. В первой тройке – я с Михаилом Васильевичем и Александром Фёдоровичем.

Во второй тройке – мастера иностранные: Леонардо, Томас Альва и Никола. А в третьей – крестьяне-умельцы братья Черепановы и Левша.

– Не братья мы! И почему это вы, Пётр Алексеевич, опять в первой тройке? – поинтересовался Мирон Ефимович.

– А потому, что меня так и зовут – Первый, – не без гордости ответил император, – а Архимед будет наши шедевры оценивать. Так что, пока покажи нам, где твои станки включить.

Роман Степаныч подошел к распределительному щитку и поднял рубильник.

Зажглось освещение над каждым станком. Загудели насосы, подающие смазочно-охлаждающую жидкость. Привычные звуки мастерской совершенно успокоили Романа Степаныча.

– Перед тем, как допустить вас до работы на станках, я должен провести с вами инструктаж первичный на рабочем месте, – не терпящим возражений тоном произнёс Степаныч и коротенько перечислил правила безопасной работы на станках, после чего сказал: – А теперь распишитесь в журнале, что получили инструктаж.