Мать моя женщина. Психологическая повесть

Если кто-либо считает, что здесь ему не место, он легко может…

– Меня не интересуют другие ваши больные…

– У нас здесь не больные. Тут не больница. Проявить заботу и помочь избавиться от чувства одиночества…

– Ладно-ладно, вашу пропаганду я знаю… Если вы рассчитываете, что я запланирую поместить к вам другого своего родственника и выложить очередную сумму денег, то вы ошибаетесь – у меня нет больше денег, и родственников, кстати, тоже.

Уходя, я ещё раз взглянул на девятый вал. Весь мой род лежал на дне этого «Айвазовского моря».

Их кости и черепа. Именно так я читал эту картину. Я увидел, как море ожило, и волна пошла на меня. Брызги! Я отдёрнулся.

– Ты в порядке?

– Картина…

Мой друг и товарищ спешно следовал за мной, то и дело пытаясь выяснить, почему я так безразличен и проявляю эмоции к пустякам, не имеющим отношения к главному.

– Я вообще не понимаю, что я здесь делаю и зачем повёлся на эти письма.

– Письма!!! – выкрикнул Вовка. – У тебя они с собой? Дай-ка сюда.

Я передал ему одно из писем, погребённых в желтоватых конвертах.

– Так! Кто-то же их писал?!

– Их пишет одна из сиделок, – уверил я.

– Но вот это написано позже – в апреле, вот май, июньское… Как это понимать?

– Я не знаю.

– А я знаю. Получается, твоя мать у этой сиделки. И искать её нужно вот по этому адресу, – Володя ткнул пальцем на конверт и стал похож на какого-то сыщика.

Неожиданно из главных дверей выбежала дежурная:

– Простите! Вы говорили про родственников.

По правилам, человеку, выписывающемуся у нас, положено указывать, кто является ближним родственником или опекуном, если такой имеется. Одна из старушек сказала, что помнит Анну Генриховну, и говорит, что та хвасталась, как её заберёт внучка. Её забирала внучка, наверное.

– Ну да, разумеется. Кто же ещё?! Значит, у вас люди всё-таки выписываются, прям как в больнице.

Мне было всё ясно. Я вернулся в машину. Вовка замешкался с дежурной ещё на несколько минут и сел за руль.

– Что за внучка? Твоя племянница?

– У меня нет ни сестёр, ни братьев.

– Получается, что твоя дочь?

– Да.

– Ты не говорил, что у тебя есть дочь.

– Я и сам не знал.

– Охренеть!!! Это какое-то недоразумение, явно. Едем по адресу.

Я прекрасно знал, чей это адрес. И Вовка, который уже порядком надоел своим рвением, удивился по прибытию, что и ему хорошо знаком этот дом, этот подъезд, эта квартира. Он не раз бывал здесь у меня в гостях.