Крещатик № 95 (2022)

Все евреи должны были носить на одежде желтые нашивки. А потом наступил вечер 9 ноября.

Они шли, не глядя по сторонам и не замечая дороги. Давид опять молчал, не поднимая взгляда, только дышал тяжело и прерывисто.

– Отдышись, – сказала Айна, остановившись.

– Это с детства. Когда волнуюсь, начинаю задыхаться. Поэтому мама не хотела, чтобы я был духовиком.

– Духовиком? – переспросила Айна.

– Ну, играл на духовых инструментах. А папа говорил, наоборот, что духовые развивают легкие. – он помолчал.

– В ту ночь, – Давид заговорил снова, голос его звучал неровно, как и дыхание, – был страшный погром по всей Вене, и не только в Вене.

Нацисты громили магазины, мастерские, аптеки – все, чем владели евреи, жгли синагоги. Они орали, пели и хохотали так, что мы слышали сквозь закрытые окна. Папа еще раньше говорил, что надо уезжать, что в какой-то момент ненависть и зависть перельются через край, что будут погромы. Он знал, как это бывает.

Давид замолчал снова, и Айна боялась спрашивать, так напряженно и взбудоражено он выглядел.

– Мы не могли уехать, – ответил он на незаданный вопрос. – бабушка лежала в больнице, и мы не могли ее оставить. Утром 10 ноября, – заговорил он вдруг очень быстро, словно хотел скорее проговорить самое страшное, – мама с дедушкой пошли в больницу, узнать, как бабушка, и можно ли ее забрать. Это была еврейская больница. Когда они пришли, там уже хозяйничали нацисты. Больных прямо из кроватей выволакивали на улицу. Дедушка пытался заступиться, его ударили, он упал, его били ногами… Бабушка не пережила потрясения.

А маму с дедушкой арестовали, и я больше… – он тяжело вздохнул, – никогда маму не видел.

Они остановились в самом центре Стокгольма на треугольной площади Стуреплан, здесь сходились пять улиц. Синие трамваи пересекали площадь с трех сторон, останавливаясь у гигантского бетонного гриба, под которым пассажиры могли спрятаться от дождя и купить в киоске газеты разных стран. Красные автобусы и троллейбусы крутились вокруг площади, как в карусели.

Фонари светили ярко, и Давид, посмотрев наконец на Айну, увидел, что глаза ее полны слез.

Воскресенье, 13 ноября

В пятницу Айна удивилась сама себе. Она ждала Давида, чтоб вместе идти из школы. Но ведь знала же, что он занимается только два раза в неделю: по понедельникам и средам. Как жаль, что до понедельника так далеко!

В воскресенье они с кухаркой ходили в Торговые залы. Грузная кухарка шла медленно, как утка вперевалочку.